Я не сразу поняла, что их озадачило. Но когда поняла, перестала дышать: у меня не было кристалла, ни белого, ни черного.
Глава 37. Нельзя дать несправедливости победить"
"Вперед вышел Главный Смотритель, поклонился Мирролану, а потом немного с опаской на него глядя, сказал:
— Ваше Величество! Вы вывели девушку, но… — Смотритель прервался под яростным взглядом его драконейшества.
Сейчас, как никогда, чувствовалась его власть. Его голос звучал строго, безапелляционно.
— Она продолжит участвовать в отборе, — констатирует факт Мирролан.
— Но у нее нет кристалла и… плаща. Невеста не прошла испытание, — блеет Смотритель, понимая, что в этот момент рискует попасть под горячую руку короля.
Оракул обещал, что я вернусь к отбору, если захочу. Он изменил свое решение, или я не хотела участвовать в отборе? Но я действительно не хотела. Но сердце мое, похоже, уже думало совсем иначе.
— Вы говорили, что у выбывших исчезает королевская печать? — Мирролан подошел ко мне и просто взял меня за руку, выведя на всеобщее обозрение.
Я оказалась в центре внимания. На меня давили их взгляды, хотелось закрыться и спрятаться. Но я гордо подняла голову. Я точно прошла испытание. Я понятия не имела, зачем могла понадобиться Оракулу. Но вряд ли он стал бы оставлять у себя ту, которая была с другим…
От места прикосновения пальцев Мирролана по всей руке к плечу замысловатым узором разгоралась золотая метка.
Я с удивлением смотрела на нее: еще вчера это был всего лишь небольшой узор на плече. Уверена, что в моих глазах была растерянность. Мирролан перевел взгляд с наблюдателей на меня, и мне даже показалось, что он стал мягче…Теплее?
— Еще есть возражения? — он вновь посмотрел на всех присутствующих, особенно долго задержавшись на опешившем Главном Смотрителе. — Раз нет, то объявите результаты испытания.
Смотритель прочистил горло, поправил очки на переносице и начал зачитывать результаты с какого-то листка.
Солнце так нещадно палило, что на лбу даже за то непродолжительное время, пока я стояла на всеобщем обозрении, уже выступил пот. И это я была без плаща. Наверняка все, что ждали меня, вообще сварились.
Сердце в груди бешено колотилось. Только сейчас я поняла, что и руки у меня подрагивали. И вот, вроде бы я уже понимала, что меня точно не исключат. Но дышать полной грудью не удавалось.
