Послышался вскрик, и бывшая фаворитка отскочила от меня.
“Зови Мирролана, Астерия! Сейчас!” — очередной раз закричал в моей голове Мур.
Имя дракона взорвалось в моих мыслях фейерверком, и в момент, когда драконица снова кинулась на меня, ее отбросило огненным заклинанием. Точно за ней стоял его драконейшество и оплетал свою бывшую фаворитку магической сетью.
Только сейчас я услышала, что из окна, оказывается слышен плеск моря, а в дверь громко стучат.
“Она поставила изолирующий купол на комнату. Ни вы никого не слышали, ни они то, что происходит внутри, — объяснил Мур.
— Король разорвал плетение, когда попал сюда”.
Дверь распахнулась, и в комнату ворвались два охранника."
"— Унесите ее отсюда, — приказал его драконейшество, закончив плести заклинание. — В нейтрализующую камеру. Я с ней утром поговорю.
Бывшая фаворитка в состоянии частичной трансформации пыталась вырваться из опоясывающих ее цепей. Рычала и все менее осмысленным глазами смотрела на меня. Казалось, еще немного, и она будет готова меня просто-напросто съесть.
Драконицу выволокли из комнаты. Мирролан сделал всего два шага, но мгновенно оказался рядом со мной! Он крепко прижал меня к себе за плечи и ласково поглаживал по спине.
— Мы должны были ее выследить раньше, — сквозь зубы рычал Мирролан. — Но она так хорошо пряталась и готовилась. Судя по гербу на одежде она пряталась среди слуг одной из оставшихся невест. Не переживай. Мы всех выведем на чистую воду.
Меня била крупная дрожь.
В горле застрял противно-мешающий комок. Только я не могла понять, от того ли он, что мне жутко хотелось разреветься в рубашку Мирролана. Или от того, как сильно сжала свои пальцы драконица.
Я неосознанно коснулась шеи. Это движение не укрылось от его драконейшества. Он поднял мой подбородок, заставив немного запрокинуть голову. Так, чтобы дать Мирролану хорошенько рассмотреть синяки, которые, я была уверена, теперь украшали мою кожу.
Король скользнул кончиками пальцев от подбородка до ямочки между ключиц.
От этого прикосновения во все стороны разливалось покалывающее тепло. Дышать становилось легче. Только вот камень на душе, какое-то смутно-неприятное предчувствие никуда не девалось.
Проследив за своими пальцами, Мирролан довольно улыбнулся, когда моя метка снова начала сверкать как целая люстра свечей. Его взгляд потемнел, а губы нежно, сначала едва-едва, а потом все с большим напором коснулись моих.
Меня перестало трясти.
