– Да, я видела, как Хай-Ри вмазал одному из троглодитов по пятачку. Тот так искренне удивился, прежде чем упасть…
– А как смело пират защитил вас! – продолжал восхищаться Вулиметр, а Варька, уловив в его голосе насмешку, вздохнула. Ну все. В ближайшее время все узнают, как она пыталась прилюдно соблазнить собственного генерала прямо на полу бального зала вэрлоков. Интересно, почему Вулиметр молчать не умеет? Откуда у него такая болтливость? Не язык, а взлетная полоса! Доконала Варьку заглянувшая в окно Кешина морда.
– Графиня, расскажи мне сказку про лошадь.
– Какие лошади, Кеша, до того ли мне! На меня тут совершают нападения все кому не лень, а ты «лошадь».
– Расскажи… – продолжал канючить дракон.
– Кеш, да почему про лошадь-то? Ты можешь мне объяснить? – попыталась, но так и не смогла понять драконью логику Варька. – Я же вообще ничего о лошадях не знаю, кроме того, что они спят стоя.
– А лежа они что делают? – возник из ниоткуда любопытный Нарк.
– Откуда я знаю? Я что, философ? И вообще… ты-то чего до меня докопался?
– Неужели ты ни одной легенды о лошадях не знаешь? – поддержал компанию Ухрин, и Варька сдалась.
– Знаю, почему. Одну. Но зато такую, что пальчики оближешь. Про лошадь, которая сыграла огромную роль в истории моего родного тырдымовского края.
– Это примерно как? – удивился Нарк.
– Обыкновенно.
Лошадь
Все краеведы искренне считают, что город Тырдымовск построил Шурик Портянский. А на самом деле история началась с того, что у Портянского была лыжая рыжеть.
И гнусный характер. За который, кстати, царь и отправил его пинком под зад границу укреплять, город строить. Куда было деваться бедному Шурику? Поехал. И лошадь с собой взял. Потому что на чем же еще в те древние времена ездить можно было? Добрался Шурик до границы, надавал по шеям зловредным нарушителям и вспомнил, что города он еще ни разу не строил. Не выполнить царский указ было нельзя, не хотелось Шурику с головой расставаться, а что делать – он понятия не имел.
И запил Шурик по-черному. А однажды проснулся с похмелья и видит – лошадь его тоже проснулась. А ему ее как раз кормить было нечем. Вот он и стал думать – куда бы ее сунуть? В скворечник, что ли? Раскусила лошадь его гнусные мысли, прикинулась пряником и говорит: «Давай-ка, Шурик, я тебе Тырдымовск построю». И взялась строить. А Шурик кинулся отчет царю писать. Про лошадь, правда, упоминать не стал.
