И в этот момент раздаётся громкий, абсолютно разрушительный стук в дверь.
Я нехотя проскальзываю под рукой Лекса, поправляя помятую ткань платья. На пороге — официантка с сервировочной тележкой, на которой стоят розы, ведёрко со льдом, шампанское и тарелки, накрытые металлическими крышками.
Мой аноним вежливо что-то говорит, разминая ладонью шею, а я устремляюсь в ванную — привести себя в порядок и, для начала, просто вымыть руки.
Глаза режет от яркого света, и я на секунду жмурюсь, потому что меня вытащили из слишком приятной, тёплой темноты.
Судя по отражению в зеркале, встречи с Лексом идут мне на пользу. Я не предполагаю, сколько времени они будут длиться, но сейчас — это лучшее, что со мной происходит. Взрослые, адекватные встречи. Со взрослым, качественным сексом. Без гарантий, без планов и без нужды раскладывать всё по полкам.
Я до сих пор не знаю имени своего анонима. Я знаю о нём много и в то же время — очень мало. Но этого достаточно, чтобы оставаться включённой, но не втянутой по уши.
Наши переписки за эту неделю были не слишком длительными, потому что я была загружена работой. Тем не менее, за этот период мы, как осознанные люди, успели обсудить, что было бы неплохо сдать анализы. Да…
Я видела справку Лекса, где имя было заклеено стикером. Он видел мою. Мы чистые — и я понятия не имею, означает ли это, что у нас будет секс без барьера или какой-либо другой. Но от одной только мысли меня пронзает дрожь — как перед прыжком с обрыва.
Промокнув лицо полотенцем, я выхожу из ванной. Персонала уже нет, дверь закрыта, а Лекс ловким движением откупоривает бутылку шампанского, стоя посреди гостиной и поднимая взгляд на стук каблуков.
Этот зрительный контакт срабатывает как щелчок по оголённым нервам. Как приглашение и вызов одновременно.
Взяв у него бокал, я сажусь в уже знакомое кресло и, утопая в его мягкости, ловлю флэшбэки. Близость тел, густая зелень глаз напротив. Несмотря на то, что я была сверху, не могу сказать, что полностью вела процесс — это было обоюдно.
Меня распирало от плотной, цельной наполненности — и от того, как на скулах Лекса заходили желваки в момент, когда наш оргазм совпал.
— Ты опять не пьёшь? — кивком указываю на бутылку.
— С тобой — не хочется.
Первый глоток обжигает горло. Второй — уже обволакивает. Я закидываю ногу на ногу, и в голове легко гудит.
Лекс садится ближе, на минимальном расстоянии, устраивая руки на подлокотниках.
