Шептал что-то себе под нос, отмерял на щепоть, параллельно вливал в каждое составляющее магию, разламывал корешки, посыпал заготовкой порошка.
— Быстрее, — его манипуляции казались слишком долгими.
Да, дэ Мьюви делал зелье в ускоренном режиме, однако мне не хватало терпения. Дыхание Эмилии становилось все тише. Ресницы больше не трепетали, а кожа уже полностью покрылась волдырями, увеличивая мои опасения на худший исход.
— Готово, — бросился к столу Хорс и оттеснил меня.
Его пальцы, смоченные в черной только что приготовленной жидкости, легли на шею девушки.
Там начало стремительно происходить исцеление.
Профессор довольно хмыкнул, отставил миску в сторону и резким движением разорвал ворот платья. Хорс быстро смазал кожу, чтобы антидот быстрее добрался к сердцу. Начал осторожно дотрагиваться до волдырей, чтобы те случайно не лопнули.
— Поможешь?
— Да, — будто очнувшись, отозвался я и тут же принялся за работу.
Постепенно Эмилии становилось лучше. Дыхание вскоре выровнялось. Сердцебиение теперь различалось отчетливее, что не могло не радовать.
Я и сам почувствовал облегчение, ведь не дал произойти худшему, успел вовремя и даже вспомнил о редком цветке, по счастливой случайности созданной самой же первокурсницей.
— На что она напоролась? — спросил Хорс, когда состояние девушки уже не было критичным.
— Ловушка, — коротко ответил я, кропотливо промазывая каждый упущенный поврежденный участок.
— В стенах академии? Иллар, если кто-то из студентов сделал такое, то нужно немедленно рассказать об этом ректору.
Нельзя спускать с рук жестокие смертельно опасные шутки. Эти выходки перешли всякие границы.
— Студенту такое не по силам, — хмурясь, покачал я головой. — Почему я раньше не догадался, Хорс? Очевидно ведь и предсказуемо. Ловушки развеять не так сложно, особенно такие, на скорую руку. Но с каждым разом они становились более замысловатыми, лучше скрытыми, с примесью другого цвета. Сначала я тратил пару секунд, но потом едва успевал с ними справляться до приближения Эмилии. Ведь амулет, который подарил жене ищейка, срабатывал только поначалу, разрушая незамысловатые сети.
— Считаешь, это попытка убийства?
Он встретился со мной взглядом. В глазах мелькнула опаска вперемешку с ужасом от понимания серьезности происходящего.
— Это я втянул Эмилию. Понимаешь?
— Думаешь, ОНА пойдет на такое?
Руки сжались в кулаки. Я ударил бы в стену, только чтобы почувствовать боль и хоть немного выплеснуть ярость, но решил сдержаться. Да, мой план сработал.
