– Скакать без седла?! Ты хочешь сказать, что собираешься сесть на лошадь верхом? Да отец лишит тебя наследства и выгонит из дома, если ты осмелишься на такое!
– Я не собираюсь ехать верхом, – хохотнула Уитни, – и кроме того, не понимаю, почему мужчинам позволено удобно усаживаться в седло, а мы, женщины, слабый пол, должны сидеть боком и молить Бога о том, чтобы не оказаться под копытами коня.
Но Эмили не собиралась отвлекаться от темы.
– В таком случае, что ты намереваешься делать?
– Никогда не подозревала, до чего же ты любознательна, молодая леди, – поддразнила Уитни.
– Но так и быть, отвечу: собираюсь скакать, стоя на спине лошади. Я видела когда-то такое на ярмарке и с тех пор упражнялась. И когда Пол увидит, на что я способна, конечно…
– Он просто посчитает, что ты сошла с ума, Уитни Стоун! Пол подумает, что ты ужасно невоспитанна и делаешь все это, чтобы привлечь его внимание. – И заметив, что подруга упрямо подняла подбородок, Эмили решила изменить тактику.
– Уитни, пожалуйста, подумай об отце! Что он скажет, если узнает?
Уитни поколебалась, невольно ощутив силу пристального ледяного взгляда отца, словно устремленного в это мгновение на нее, и, набрав в легкие воздух, медленно выдохнула, увидев в маленькое окошко приятелей, ожидавших на лужайке.
– Отец, как обычно, – устало выговорила она, – скажет, что я его разочаровала, что позорю его и память матери и он рад, что она не дожила до такого несчастья – увидеть, во что превратилось ее единственное дитя.
Ну а потом полчаса будет проповедовать, какая идеально воспитанная леди мисс Элизабет Аштон и что мне следовало бы брать с нее пример.
– Ну… если ты действительно хочешь произвести впечатление на Пола, могла бы попытаться…
Уитни в раздражении стиснула кулаки.
– Я старалась быть похожей на Элизабет. Носила эти мерзкие платья с оборками, в которых чувствовала себя настоящим чучелом, целыми часами упражнялась в молчании и хлопала ресницами до тех пор, пока не начинали болеть глаза.
Эмили закусила губку, чтобы не рассмеяться при этом беспристрастном, но совершенно нелестном описании манерных привычек Элизабет, но тут же помрачнела.
– Пойду передам остальным, что ты сейчас выйдешь, – вздохнула она.
Возмущенные возгласы и презрительные реплики встретили появление Уитни на лужайке, но девушка, не обращая ни на кого внимания, подвела лошадь поближе к зрителям.
