Глава 37
Судя по веселым голосам и приветствиям, доносившимся до него из всех комнат первого этажа, Клейтон предположил, что все родственники от души веселятся и пребывают в прекрасном настроении.
Он нашел мать в столовой, за обеденным столом. При виде счастливого лица Уитни ее собственное зажглось радостной улыбкой. Правда, Алисия тут же нахмурилась, когда Клейтон, поцеловав ее в щеку, тихо сказал:
– Я хотел бы поговорить с тобой с глазу на глаз, прежде чем мы с Уитни сядем завтракать.
– Хорошо, – кивнула Алисия Уэстморленд и, извинившись перед гостями, поднялась и повела сына в маленькую светлую гостиную, выходившую окнами на сад позади дома.
И хотя держалась прямо, высоко подняв голову, чувствовала себя напроказившим ребенком в ожидании выговора строгой гувернантки. Она так расстроилась, что даже не заметила идущую за мужем Уитни. Правда, нужно отдать должное Алисии, за эти несколько минут она успела взять себя в руки и даже проникнуться праведным негодованием. В чем заключается ее преступление? Разве она могла прогнать от порога собственную невестку, когда та просила убежища?!
Решив, что нападение – лучший способ защиты, она повернулась к сыну.
– По-видимому, твое ледяное приветствие вчера вечером означало, что ты недоволен мной за оказанное Уитни гостеприимство, – сдержанно бросила она. – Понятия не имею, что ты натворил такого, после чего она посчитала, будто не может больше оставаться под крышей твоего дома. Видишь ли, Уитни слишком предана тебе, чтобы обсуждать подобные вещи даже со мной.
Тем не менее я уверена, что твое поведение заслуживает всяческого осуждения, и посему отказать Уитни в приюте было бы немыслимо, несправедливо и бесчеловечно!
Клейтон хотел побеседовать с матерью наедине, желая сообщить, что ее заветное желание вот-вот осуществится и она станет бабушкой, и поскольку великодушно решил не журить ее за участие в заговоре, одновременно растерялся и развеселился от столь неожиданного натиска. За всю свою взрослую жизнь он ни разу не видел мать в таком смятении чувств.
Стараясь не улыбнуться, он угрюмо кивнул:
– Понимаю.
Алисия от неожиданности запнулась на полуслове.
– Правда?
– Вне всякого сомнения.
Мать от удивления забыла о деланном негодовании.
– Вот как? Это… – она поколебалась и опустила голову, жестом одновременно величественным и извиняющимся, – крайне благородно с твоей стороны. Я ожидала возражений и споров.
– Я так и думал, – сухо подтвердил Клейтон.
Алисия подошла к нему и нежно обняла.
