Уитни кивнула, но Клейтон почувствовал, что ей не хочется его покидать, и с трудом поборол желание крепче сжать руки. Наконец она отошла и, не оглядываясь, растворилась в стайке подружек невесты.
Перед тем как сесть в карету, Эмили поколебалась. Обернувшись, она поискала глазами герцога и увидела, что непроницаемые серые глаза устремлены на нее. Эмили застенчиво кивнула. Клейтон вернул ее нерешительное приветствие, склонившись в глубоком официальным поклоне, но тут же улыбнулся широкой неотразимой улыбкой, полной мальчишеской радости.
– Он был здесь! – выпалила Уитни, оборачиваясь, чтобы еще раз взглянуть на Клейтона сквозь окно кареты. Тот по-прежнему стоял на ступеньках церкви, глядя вслед экипажу Арчибалдов. – Ты видела его?
Губы Эмили задрожали от смеха.
– Еще бы! Он стоял прямо за твоей спиной, обняв тебя за талию.
– Пожалуйста, не нужно сердиться на него за это, – шепнула Уитни. – Я не переживу такого, Эмили, я так люблю его!
– Знаю, дорогая, – мягко сказала Эмили.
Клейтон стоял неподвижно до тех пор, пока карета не исчезла из виду.
Сердце его было переполнено так, что, казалось, сейчас разорвется. Он знал, почему Уитни так и не повернулась к нему лицом – по той же причине он не мог признаться ей сейчас в любви. Никто из них не хотел начинать все снова в окружении чужих людей.
Правда, многие из присутствующих были ему знакомы, а с некоторыми он встречался в Лондоне.
Одновременно до него дошло, что перешептывания толпы становятся все громче и ожесточеннее. Клейтон начал спускаться вниз мимо женщин, которые тут же принялись низко приседать, и мужчин, почтительно бормотавших:
– Ваше сиятельство…
Клейтон остановился как вкопанный, глядя на подкативший экипаж.
Экипаж! Он так спешил увидеть Уитни, что совершенно забыл приказать Макрею подать простую черную карету, которую купил, став на время соседом Уитни.
Обернувшись, он заметил потрясенные лица бывших приятелей, знавших его как мистера Уэстленда, и оглядел их с сухой извиняющейся улыбкой, сожалея о своем обмане, а потом взобрался в великолепную темно-синюю карету с серебряным герцогским гербом на дверце.
Уитни решила провести оставшееся до банкета время вместе с тетей в доме Арчибалдов и объявить ей об окончательном разрыве с Клейтоном. Вот уже несколько недель она с тоской ожидала этого разговора, но теперь едва вытерпела, пока они наконец останутся одни."
"– Ты просто светишься, – улыбнулась тетя Энн, входя в салон и крепко обнимая племянницу.
