– А что ты любишь?"
"– Я? Сыр французский люблю, знаешь, головка круглая, и такой специальной штукой из него розочки нарезают. Называется «Голова монаха». И вот если его с кофе…
– Будет! – заорала Надежда. – Все тебе будет – и розочки, и кофе! Уже лечу!
Всего час ей понадобился на то, чтобы заскочить в магазин и добраться до музея.
– Надежда, ты просто метеор какой-то, – удивилась Юля, осторожно положив в рот сырную розочку, – но, должна тебе сказать, я про тебя кое-что знаю.
– И что же?
– А то, – Юля блеснула глазами, – что ты расследуешь всякие криминальные истории.
Хобби у тебя такое, чтобы не скучать!
– И откуда же ты это узнала? – Надежда лихорадочно перебирала в голове знакомых, которые могли Юльке проболтаться.
Это могли быть только школьные друзья, других пересечений у них не было. Ну, за лучшую подругу Алку Тимофееву она ручается, Алка – кремень, не подведет.
– Надя, если я в музее сижу на грошовом окладе, это не значит, что я – полная дура, – сказала Юля, – я же все-таки научный работник.
Исследователь. В общем, все я про тебя выяснила и не слишком много времени потратила. Как говорится, от труда сдохнет и рыбка из пруда.
«Плохо, – огорчилась Надежда, – этак каждый докопается, а там и до Саши дойдет. Ну, авось, не скоро!»
– Ты молодец, – рассмеялась она, – а теперь давай про Лао Мэня, коротко, но подробно.
– Ладно, у меня тоже сегодня важная встреча, так что меньше часа у нас.
Юля отхлебнула кофе и заговорила «академическим» голосом:
– Лао Мэнь был китайским посланником, точнее – личным посланником госпожи Цы Си, что придавало ему даже больший вес, чем официальному послу императора.
– Какой госпожи? – переспросила Надежда. – Что еще за госпожа? Ты уж поясни мне, пожалуйста!
– В то время – в начале двадцатого века, – начала Юлия от печки, – в то время в Китае правила престарелая вдовствующая императрица Цы Си из маньчжурской династии Цинь. Формально правителем государства считался ее сын Гуансюй, но мать железной рукой командовала безвольным, слабохарактерным императором и всей огромной страной, а потом вообще отстранила его от власти и объявила императором своего малолетнего внука Пу И.
– Про Пу И я слышала, – оживилась Надежда, – фильм такой был – «Последний император».
– Не перебивай! – отмахнулась Юля. – Значит, весь императорский двор и вся страна плясали под дудку властной старухи, которую в глаза и за глаза величали Старой Буддой.
