– Прав был шеф, не зря мы за ней следили!
Тут же она придвинулась вплотную к Надежде и прошипела:
– На кого ты работаешь?
– Ни на кого, – ответила Надежда, не задумываясь. – Меня муж давно уже забрал с работы.
– Все, мне это уже надоело! Ты меня что – держишь за круглую идиотку? Имей в виду: это шеф мой отчего-то с тобой миндальничал, а я этого делать не собираюсь! Мы с тобой поговорим в другом месте! Иди вперед по этому коридору!
– Куда это? – пролепетала Надежда. – Никуда я не пойду!
– Еще как пойдешь! – Девица ткнула Надежду в бок стволом пистолета.
– Иди быстро и не вздумай выкинуть какую-нибудь шутку, а то прострелю тебе что-нибудь жизненно важное!
Надежда поняла, что девица не шутит, и уныло поплелась вперед.
– Налево! – шипела девица, не отставая от нее ни на шаг. – Теперь направо…
Они миновали несколько коридоров и уже приближались к лестнице, как вдруг справа от них распахнулась большая дверь, и из нее высыпала толпа зрителей: в кинозале закончился предпремьерный показ нового фильма. Зрители шли к лестнице, оживленно обсуждая фильм.
Надежда резко прибавила шагу, лавируя среди толпы.
– Куда? – зашипела девица, стараясь не отставать от нее. – Даже не думай сбежать!
Она прикрыла пистолет отнятым у Надежды оранжевым шарфом, но сквозь шарф Надежда прекрасно чувствовала смертельный холод оружия.
– У меня и в мыслях этого не было, – с невинным видом проговорила Надежда, быстро оглядываясь по сторонам. Тут она увидела рядом пышнотелую даму в розовом шелковом платье и босоножках того же цвета, под руку с которой плелся тщедушный мужчина с козлиной бородкой, на полголовы ниже своей спутницы.
– Куда ты меня привел? – возмущалась дама. – Ни буфета приличного, ни фуршета, ни публики… Ты видел здесь хоть одного прилично одетого человека? Кроме меня, конечно! – Розовая дама оглянулась на зеркало и кокетливо поправила прическу."
"– Но, крошка, – вяло возражал супруг, – мы же с тобой культурные люди, а это же культурное мероприятие… Мы же должны принимать участие в культурной жизни…
Надежда вильнула в сторону и всем весом наступила на ногу розовой дамы.
Та выпучила глаза и заверещала, как пароходная сирена. Муж оторопело уставился на нее и испуганно пролепетал:
– Что с тобой, крошка моя? Что с тобой случилось? Крошка моя, тебе плохо?
– Ты еще спрашиваешь! – проревела «крошка». – Твою жену чуть не убили, а ты спрашиваешь? Вместо того чтобы вступиться за меня, ты, как всегда, болтаешь!
– Кто? – вскрикнул мужчина, потрясая козлиной бородкой.
