И теперь на узкой лестничной площадке воцарилась тишина. Мужчины пытались, каждый по своему, переварить эту новость.
Внимание куратора привлекла Анитра. Герцогиня стояла совсем рядом с дверью, опустив голову. Но когда она заговорила, в ее голосе прозвучала неожиданная сила:
— Возможно, нужно дать ей немного времени. Девушка переволновалась. Юные леди ветрены и не умеют думать о будущем…
— Поэтому за них это делают родители, — твердо сказал герцог Скау.
— И ей нужно время, чтобы это понять, — снова повторила герцогиня.
— Вестейн, уведи ее в Академию. Продолжим этот разговор через несколько дней.
Найгаард снова воззрился на свою супругу так, будто при нем заговорила стена. А герцог Скау хмыкнул и скептически произнес:"
"— Для начала ему придется заставить ее выйти из комнаты. А с этим у нас некоторые проблемы. Хотя мы уже собирались вынести дверь…
— Не нужно ничего выносить, — спокойно произнес Вест. — Мне она откроет.
На лице герцога Запада отразились сомнения. Но мужчины, наконец, отошли в сторону и спустились на пару шагов по лестнице, уступая место Вестейну.
Последней отошла Анитра. Перед этим она заглянула Вестейну в глаза. И он еще раз уверился в своих подозрениях. Похоже, рядом с дочерью герцогиня находит в себе силы противостоять… чему-то. Нужно понять, что происходит. И для этого потянуть время.
Вестейн остановился перед дверью и мягко сказал:
— Анна, пусти меня. Я один. Мы всего лишь поговорим.
Какое-то время за дверью царила тишина. Затем раздался скрип отодвигаемой мебели, и дверь приоткрылась.
Вестейн проскользнул внутрь и поспешно захлопнул ее за собой. А в следующий миг он вынужден был опереться спиной на дверное полотно, потому что Анна бросилась ему на шею.
Страх и отчаяние в ее глазах заставили Веста на миг забыть обо всем. Он прижал девушку к себе в ответ и поцеловал. Жадно, глубоко и страстно. Заявляя свои права на нее, не позволяя ни на миг усомниться в своих намерениях. Целовал, пока она не начала извиваться в его руках.
Только после этого Вест вспомнил о невольной зрительнице и смог оторваться от губ своей ученицы. Анна молча спрятала лицо у него на груди. Марта смотрела на них во все глаза, со смесью удивления и восторга на лице.
— Я никому не скажу, — тихо пообещала она.
Девочка всегда вызывала только раздражение. Но она не первый раз помогала, и куратор молча прикрыл глаза в ответ. А затем склонился к уху Анны и прошептал:
— Все хорошо. Сейчас я отведу тебя в Академию.
