Кроме того, пятерым достанется шанс выбрать напиток самостоятельно.
— А одному — коктейль, — добавил Эйнар. — Это значит, что нужно будет смешать два напитка. Нашему троюродному брату досталась икота и заплетающиеся ноги. Само собой, до корпуса он не дошел и получил наказание.
— Еще и наказание? — схватилась за голову я.
— Конечно. Тот, кого поймают учителя, получит наказание. Причем именно от того преподавателя, который его поймал.
Я мысленно застонала. Это так я обещала Весту не ввязываться в неприятности?
— Пожалуй, мне пора домой, — малодушно сообщила я.
Вестейн просил меня держаться рядом с Халворсонами. Кто же знал, что они приведут меня к очередным неприятностям?!
Эйнар посмотрел на меня озадаченно и сказал:
— Для выхода нужна жемчужина, именно та, с которой ты зашла. Пропуск настроен на человека, чтобы младшие курсы не могли сюда попасть. Все жемчужины в мешке и перепутаны. Надпись на ярлычке появится, когда ведущий назначит напиток. До этого ты никак не можешь получить ее назад.
— Ты не любишь фанты? — спросил Сигмунд.
— Я очень люблю фанты, — возразила я. — Нормальные фанты! А не те, где нужно пить подозрительные снадобья, сваренные не мной.
Хеймир рассмеялся, а Тира посмотрела на него укоризненно. Затем девушка повернулась ко мне и примирительно сказала:
— Зелья варил магистр Бакке. Бокалы защищены от вмешательства извне. Эффект от всех снадобий безобидный и проходит в течении пары часов. Ничего серьезного или запрещенного среди них нет и быть не может. Чего ты боишься?
Упоминание алхимика меня немного успокоило.
Бакке меня обожает, видит во мне наследницу Халлы, и точно не станет помогать Крону или даже самому Найгаарду. В конце концов, зелье, развязывающее язык, еще не изобрели, а страшнее правды для меня сейчас ничего нет.
Но участвовать в фантах все равно не хотелось. Пока я обдумывала слова Тиры и пыталась найти новый способ отказаться, Хеймир серьезно добавил:"
"— Кроме того, получить свой напиток и добраться в любом состоянии до комнаты — дело чести.
Тех, кто увиливает от этой традиции, здесь не уважают.
Я едва не зашипела от досады. Знал же, на что давить! Или это способ выяснить мои планы? Я же и вправду подумала о том, что мне этими людьми еще и править. Нельзя подрывать только что завоеванный авторитет.
Вестейн все-таки заронил в мое сердце желание стать наследницей Севера. Раньше я не думала об этом, а теперь приходится. Тира успокаивающе погладила меня по плечу и сказала:
— Все будет хорошо, вот увидишь.
