Но в работе Григорий показал себя человеком настойчивым и сообразительным и постепенно снисходительно-отеческое отношение к нему старших товарищей менялось на серьезное и уважительное.
– Здорово, Гришаня! Как трудовые успехи?
– Здравия желаю, товарищ полковник! – чуть улыбнувшись, ответил Григорий. – Успехи переменные, но я стараюсь.
– Слышал, ты тут с обманутыми вкладчиками недавно разбирался?
– С вкладчиками? – удивленно переспросил Мишин. – А! Это вы про «Мегаполис»? Нет, по нему Кузнецов работает, это дело не у меня.
– Я не про «Мегаполис», я про Проскурина. Слышал такую фамилию?
– А, вы про это, – сразу нахмурился Мишин. – Слышал, как не слыхать. Только с этими вкладчиками, похоже, мы еще не скоро разберемся. Слишком уж там все запутано."
"Они подошли к двери кабинета, где работал Мишин, и, открывая замок, тот вежливо пригласил:
– Проходите, Лев Иванович. Вас интересует дело Проскурина?
– Знакомый один попросил узнать, – честно ответил Лев. – Угораздило его вложиться в эти отели. На большие проценты польстился.
А теперь сидит, на кофейной гуще гадает, светит ли ему хоть свое-то вернуть. Что скажешь?
– Сомнительно, – покачал головой Мишин. – Сам Проскурин добровольно навряд ли вернет. Это если только в суд подавать.
– В гражданский? Там ведь мошенничество неприкрытое.
– Эх, Лев Иванович, – сокрушенно вздохнул Григорий. – Если бы все так просто было. Я и сам поначалу думал, что в два счета этого Проскурина, как говорится, к знаменателю приведу. А дело где было полгода назад, там же и сейчас находится.
Никаких движений. Все долги свои по обязательствам он признает, выплатить их согласен, только вот именно конкретно сейчас немножко не хватает средств для этого. Но он обязательно выплатит и со всеми рассчитается, нужно только немного подождать. Вот мы и ждем. У моря погоды.
– Что, на статью о мошенничестве не натянуть? – сочувственно спросил Гуров.
– Похоже, что нет. Очень уж хорошо там все прикрыто. Грамотный подход чувствуется. Не знаю, сам ли этот Проскурин такой дока, или консультанты у него хорошие, только с точки зрения законности процедур там комар носа не подточит.
– А личное впечатление какое? Как он из себя – похож на самостоятельную фигуру или только пешка?
– Да какое тут может быть личное впечатление, Лев Иванович? – в сердцах проговорил Мишин. – Я с ним, считай, и двух слов не сказал.
– Как так? – удивился Гуров.
– А очень просто. Он всегда с адвокатом приходил. Что тут скажешь – имеет право.
