Он уже получил довольно внятное представление о том, каким образом Света попала в номер к Проскурину и что после этого в номере произошло. Но как она вышла? И когда?
Здесь наблюдался существенный пробел, и Лев пока не имел представления, как сможет его восполнить.
Принимая во внимание способ, которым Света проникла в гостиницу, логично было бы предположить, что и выйти ей тоже кто-то помогал. И вариантов того, кем мог оказаться этот «кто-то», неисчислимое множество.
Ее мог вывести кто-то из персонала, хорошо знающий внутренний распорядок и те моменты, когда по коридорам гостиницы можно проскользнуть незаметно.
А мог приютить у себя в номере кто-то из постояльцев, заранее поселенных сюда предусмотрительным заказчиком, или, например, тем же Леликом. Там она могла отсидеться, дождаться, пока страсти улягутся, и потом, когда уйдут следователи и сменится на ресепшене дежурный, незаметно выйти на улицу и раствориться в толпе.
Если же Света выходила самостоятельно, она, несомненно, должна была во всех подробностях знать внутреннюю инфраструктуру отеля и виртуозно этими знаниями пользоваться.
В номере Проскурина она точно не сидела до утра и, скорее всего, ушла оттуда сразу же, как только сделала все, что от нее требовалось. И очевидно, вышла из отеля не через главный вход. Значит, где-то в недрах этого здания должна быть какая-то лазейка, через которую можно выбраться отсюда незаметно даже среди глубокой ночи.
Чтобы проверить это предположение, Гуров, выйдя из ресторана, направился не в шикарный вестибюль, а свернул в какой-то узенький коридорчик, который приметил неподалеку от входа в ресторан.
Кроме закрытых дверей по обеим сторонам, он не увидел ничего особо примечательного, но, судя по табличкам с надписями «Служебное помещение» и «Посторонним вход воспрещен», попадавшимся на каждом шагу, он сделал вывод, что находится на верном пути.
Коридор оказался длинным, но на всем его протяжении Гуров так и не обнаружил ни одного выхода на улицу.
Лишь в одном месте имелась ниша с окном, загороженным очень прочной, хорошего качества решеткой. Весь остальной периметр представлял взору лишь удручающее однообразие совершенно одинаковых дверей, ни одна из которых не значилась как «запасный выход».
Пройдя нишу с окном, он услышал впереди себя подозрительно знакомое дребезжанье и клацанье и понял, что навстречу ему с противоположного конца коридора движется неугомонный «чистильщик» со своим пылесосом.
