Разговор происходил явно где-то на природе, потому что слышался плеск воды и звук работающих лодочных моторов.
«– Ну и чего ты меня сюда вытащил? – раздался голос Садовникова. – Неужели нельзя было в кабинете поговорить?
– Нельзя! Уж очень тема деликатная, – ответил ему Болотин и, помолчав, продолжил: – Наши с Гуровым пути разошлись. К сожалению. Я перед ним ни в чем не виноват, так что пусть это останется на его совести. Но, как бы то ни было, он человек порядочный и не стал бы своей головой ручаться за предателя или подлеца.
А за тебя он поручился. Оснований не верить ему у меня нет. Ты можешь мне гарантировать, что, о чем бы мы ни говорили, это останется между нами двумя? Даже если мы ни о чем не договоримся.
– Даю тебе слово офицера и коммуниста, что все останется между нами, – очень серьезно произнес Садовников. – Но, может, ты все-таки скажешь, в чем дело?"
"– В том, что я все хорошо обдумал и понял, что кто-то поставил себе целью меня разорить. Какие у концерна убытки после той тотальной проверки, ты сам знаешь.
Нищета нам не грозит, но потрепали меня изрядно. Конечно, я мог бы поднапрячься и выправить положение, но зачем? Точнее, для кого? Петька, на которого я возлагал все свои надежды, сломался. Пьет не просыхая. Ольга в бизнесе ничего не понимает. Девочки еще маленькие, да и не женское это дело. Зятья еще неизвестно когда и какие будут, так что я на них не закладываюсь. Гошка меня тоже разочаровал, не в нашу породу пошел, а в Галькину. Учиться не хочет, ему бы все играть в свои «стрелялки-догонялки».
Да и не успею я его уже до ума довести – у меня эта проверка десять лет жизни забрала. Так что я решил свой бизнес здесь ликвидировать и уехать с семьей за границу. Если этой стране не нужны люди, которые на ее благо работают, то и мне такая страна не нужна. Буду смотреть, как девочки мои растут, наблюдать, как по весне яблони в саду цветут, на рыбалку ездить… Одним словом, жить! Потому что я с этим бизнесом жизни, считай, и не видел: все работа да работа. В общем, помощь мне твоя нужна.
– Если в рамках закона, то все, что смогу. Но в бизнесе я, сам знаешь, профан. Может, ты еще кого себе в помощь найдешь?
– Не беспокойся, все будет по закону. Но знать об этом деле будут только два человека: ты и я. Если все пройдет удачно, я дам тебе денег, чтобы твои могли с кредитами расплатиться.
– А вот этого не надо! – жестко проговорил Садовников. – Мне и зарплаты хватает, а они пусть расхлебывают кашу, которую сами заварили.
