Все смотрели на Гурова, ожидая его реакции на такую сногсшибательную новость, а он, собрав все лежавшие на столе фотографии, молча и очень внимательно рассматривал их одну за другой. Отобрав себе несколько снимков, он предельно серьезно сказал:
– Лика! Степан! Напрягайте все возможности вашей организации, подключайте все ресурсы, делайте что хотите, но найдите мне на Ольшевского все, начиная с момента его зачатия по сегодняшний день. Где родился, крестился, учился, с кем на соседних горшках сидел… Петр! Завтра утром запроси все дела, по которым проходил Ольшевский и в качестве обвиняемого, и в качестве свидетеля.
Абсолютно все, где может упоминаться его имя. Запроси УФСИН, пусть поднимут дела в колониях, где он отбывал.
– Осужден он был по двум, это я точно знаю, с этим хлопот не будет, – заверил его Орлов. – Но вот сколько дел Любимов развалил в суде или на стадии предварительного расследования…
– Не волнуйтесь, Лев Иванович, – включилась Анжелика. – Мы все узнаем. И давайте закончим с записями. Наши технари подсуетились и теперь получают изображение с камер видеонаблюдения Склифа в режиме реального времени.
Итак. Сегодня утром к Болотиной ненадолго заезжал Любимов. А вот в середине дня к ней явились пятеро мужчин, видимо, не очень дружески настроенных, потому что ее новая охрана устроила торжественный вынос тел в холл, с последующей загрузкой их в лифт методом утрамбовывания. С этим все. Теперь по телефонным звонкам, и разбегаемся спать, а то время уже позднее. Итак, – достала она очередную стопку листков.
– Среди лиц, с кем общался Любимов, я отбросила известных людей, которые приобрели телефоны на свои имена. Осталось несколько номеров, симки которых либо не авторизованы, либо приобретены на чужое имя, потому что адвокат такого уровня вряд ли будет постоянно общаться с уроженцем Таджикистана по имени Нурмагомед Нурмагомедович Нурмагомедов. Это я так, для примера. В понедельник ему поступил звонок от Строевой, обратите внимание на время, я там эту строку маркером выделила.
Потом он никому не звонил – это по времени совпадает с тем периодом, когда они были в больнице у Болотиной. Посмотрите на предыдущей распечатке время, когда они уехали из больницы, а через полчаса Любимов позвонил некоему Александру Александровичу Ларионову. Я попросила наших технарей проверить, и выяснилось, что позже телефоны Любимова и Ларионова фиксировались в одной соте, наши даже сумели максимально уточнить местонахождение, и это, скорее всего, ресторан «Юла».
