– А если бы приехала полиция и началось следствие, нас бы отсюда попросили или даже заподозрили в чем-нибудь. Вот я и принял решение все убрать, как будто ничего и не было. Я приказал, мне и отвечать.
– И вы хотите, чтобы я поверил в этот бред? – насмешливо спросил Гуров.
Он уже понял, что совершил страшную ошибку: не надо было опрашивать Старшова при всех, а теперь тот дал своим подчиненным инструкцию, как себя вести и что говорить. И знал, почему лопухнулся – он еще не до конца пришел в себя от новости о смерти Садовникова.
Но сделанного уже не поправишь.
– Надо вызвать экспертов и технарей, – сказал Гуров. – Болотина говорила, что тут все просматривается и прослушивается, вот пусть и посмотрят, куда что ведет.
– А у нас с собою было! – явно желая развеселить Льва, ответил Степан. – Уже идут."
"– Нет, Степа! – покачал головой Гуров. – Партизанский набег будем считать оперативным мероприятием, а теперь начнутся нормальные следственные действия, с обысками, понятыми, допросами, протоколами и всем сопутствующим.
– Он достал телефон и, как в старые добрые времена, позвонил Крячко: – Стас, ты меня прости, я был не прав. Подробности потом. А сейчас бери следственную бригаду, лучших экспертов‑криминалистов, технарей, автобус для задержанных и как можно быстрее приезжай в дом Болотина – тут работы непочатый край.
– И во что ж ты на этот раз вляпался, горе ты мое? – радостно заорал Крячко. – Вот и отпускай тебя после этого одного! Не потеряешься, так заблудишься!
Но ответа он не дождался – Лев уже отключил телефон.
Схватив куртку, Стас со счастливым выражением лица побежал к Орлову. Он очень переживал из-за ссоры с Гуровым, просто места себе не находил, проклиная себя и свой поганый язык, а тут вдруг все разрешилось! Они не просто помирились, а Лева даже извинился, что случалось за все годы их знакомства и дружбы считаные разы. Ну, как же тут было не заорать? Влетев в кабинет Орлова, Стас с ходу заявил:
– Петр, мы были правы: Леву припахали к делу Болотина.
Он что-то нарыл в его доме и теперь просит дать ему лучших спецов. Командуй! – и торжественно произнес: – Он передо мной извинился!
– Мать-мать-мать! Это кто же где сдох? – ошеломленно пробормотал Орлов, но быстро опомнился и стал давать распоряжения по телефону.
Собрав бригаду в один автобус, а второй, для будущих задержанных, шел пустым, Крячко, под завывание сирен и свет мигалок тронулся в путь. Сейчас он готов был горы свернуть, только чтобы помочь Леве.
