Он доказал, что Крайнов невиновен, но при этом собрал большую кучу грязи, которой облил не только Крайнова, но и Игоря Петровича, обвинив их в связях с криминалом. Я ничего не могу сказать о Крайнове, потому что лично с ним незнакома, но обвинить в подобном моего мужа?! Этот «друг» настолько плохо разбирается в людях, что не смог понять, кто перед ним: порядочный человек или преступник! В таком случае ему на его работе делать нечего! А когда Игорь Петрович позвонил ему, чтобы спросить, за что он с нами так поступил, что плохого мы ему сделали, он отрезал, что у него нет знакомых с фамилией Болотин, и бросил трубку.
"
"– Почему вы не называете ничьи фамилии? – раздался заинтересованный голос из зала. – Сказавший «а» должен сказать и «б». Добра этим людям вы явно не желаете, так что же вас останавливает?
– Я пока не буду называть ничьих фамилий, кроме одной – начальника службы безопасности концерна, которого в пору так называемой дружбы подсунул моему мужу этот якобы друг, но чуть позже, – заявила Ольга и продолжила: – Началось разбирательство по каждому предприятию, а что это значит? Выемка всех документов, и бухгалтерских, и учредительных, арест счетов, и прочее, и прочее.
И как в таких условиях может работать предприятие – если деньги за отгруженную продукцию приходят на счет, а оплатить из них поставки нового сырья, угля и всего прочего невозможно? Чтобы выплатить рабочим зарплату, моему мужу нужно было каждый месяц идти на поклон и униженно просить: не дайте, мол, людям с голоду помереть.
А неустойки и штрафные санкции по контрактам? Потому что контрагентов не волнует, что там у тебя происходит. В результате всего этого концерн понес колоссальные убытки. Постепенно, одно за другим, обвинения стали отпадать за отсутствием состава преступления, предприятия начали нормально работать. Сняли арест со счетов, вернули документы, правда, очень многие из них там затерялись, и пришлось их восстанавливать, но это было такой ерундой по сравнению с тем, что мы пережили. И мы решили, что самое страшное уже позади.
Как же мы ошибались!
Я обещала вам назвать имя начальника службы безопасности концерна, и я его назову. Это полковник милиции в отставке Василий Ильич Садовников. Как я уже говорила, его порекомендовал моему мужу наш якобы друг, поручившись за него головой. Интересно, что он теперь собирается со своей головой делать? Впрочем, это дело его чести, а на мой взгляд, ее полного отсутствия, что он уже не раз продемонстрировал.
