И зачем нам океан? Я бы весь день с ней тут провел. На кровати.
— Василиса, — предпринимаю еще одну попытку, подходя совсем близко и кладя руки ей на талию.
Наклоняюсь, но она отворачивается.
— Я не захотела, — напоминает мне мои же слова.
— Ну, не ври, — шепчу я. — Ты похожа на гусенка.
— Лицом? — поднимает на меня взгляд и приоткрывает рот.
— Кожей, — улыбаюсь я и опять пальцами провожу по ее рукам.
И она сама тянется ко мне. Встает на цыпочки.
Да! Нахуй океан!
Я закрываю глаза и наклоняюсь ей навстречу.
Жду поцелуя. Но его нет. Подозрительно долго нет.
Открываю глаза и вижу едва сдерживающую смех Василису. Она смотрит на меня и смеется. Стерва!
— Ты думаешь, я вот легко возьму и раздвину ноги? — спрашивает с язвительной улыбкой.
— Ты уже это сделала, — пальцами сильнее сжимаю ее руки. — Несколько часов назад.
— Под таблетками? — усмехается она. — Только так можешь женщину под себя уложить, да?
— Да знаешь, сколько мне стоило все это устроить?! — чувствую, что больше не могу сдерживаться.
— И все ради тебя!
Слегка трясу ее.
— Точно ради меня? — она продолжает ухмыляться.
Мне хочется заткнуть эти пухлые губы, чтобы больше из них не вырывалось этой гадости. И поэтому я просто приподнимаю ее и целую. Сильно вжимаю в себя, чтобы у нее не было возможности отвернуться или вырваться.
И у меня опять сносит башку. Я закрываю глаза от нахлынувшего удовольствия.
Но все портит Василиса. Вернее, ее ноги. Она так и пытается пнуть меня.
Тогда я несу ее и кидаю на кровать.
Наваливаюсь сверху.
Трахну ведь сейчас. Довела опять.
— Я не хочу тебя! И ты можешь трахать меня, но знай! Мне противно! — выплевывает она мне в лицо, поправляя простыню. — Ненавижу тебя, Давид! Ненавижу!
Я приподнимаюсь и сажусь рядом. Обхватываю голову руками.
— Сука, — хриплю как будто сам себе, — всю душу вымотала. Чего тебе надо?! — поворачиваюсь к ней и хлопаю ладонью по постели. — Чего?! Сука. Ты такая сложная, Василиса. Это просто пиздец.
— Найди простую, — бурчит она.
Стерва. Хоть бы пожалела. Не дождешься!
— Ладно, — я встаю и иду к двери. — Одевайся. Я жду внизу.
— Зачем?
Оборачиваюсь и смотрю. Ну, точно стерва — сидит и смотрит на меня своими невинными глазками. Но я же вижу, что просто сдерживает улыбку.
— Гулять поедем. Иначе я тебя задушу здесь. Прямо на этой кровати. А потом трахну. Или нет. Сначала трахну, а потом задушу.
Так. В глазах появляется испуг. Наконец-то. Не только тебе, девочка, смеяться надо мной.
