Попробуем еще раз. Сначала.
— Для чего, Давид? — спрашиваю теперь уже серьезно. — Ради акций этих? — смотрю пристально. — Ты развелся со мной, Давид. Хотя обещал, что не сделаешь этого никогда. Я уже поверила тебе раз. Пусти. Дай мне выйти.
Толкаю его от себя и он послушно отступает. Не давит. Садится на свое сиденье.
— Ты моя жена, Василиса, — говорит, уткнувшись взглядом в руль.
— Договорная, Давид, — напоминаю я. — Это все была игра. Я не хочу больше. Не хочу.
Открываю дверь и выхожу. Давид не удерживает меня.
Так и сидит, вцепившись в руль и не сводя с него взгляда.
— Спасибо тебе, Давид, — говорю я, прежде чем закрыть дверь. — За спасение спасибо. Можешь не волноваться — акции продавать не буду. Пока."
"И, так и не дождавшись от него ответа, захлопываю дверь и забегаю в подъезд.
Открываю дверь в квартиру своим ключом. До меня доносятся какие-то шорохи, скрипы, шепот. Кто там? Иду в комнату и навстречу мне выскакивает Вика. Запахивает свой халатик. Волосы взъерошены, щеки горят.
— Ты чего так рано? — спрашивает, хватая меня за руку.
— Пошли на кухню. Тебя ждала ужинать.
И тянет меня за руку за собой. На кухне садимся за стол и Вика заботливо наливает мне чай. Приятно. Но странно.
И тут в дверях появляется Максим.
— Привет, — улыбается и тоже садится за стол.
Я смотрю то на него, то на Вику.
— Я не знала, что ты здесь.
— Зашел проведать, как вы тут.
Вика и ему наливает чай. Они переглядываются.
— Вик, — говорит Максим, — выйди. Нам с Василисой поговорить надо.
По делу.
Вика не возмущается. Едва заметно улыбается в ответ и уходит.
— Уже знаешь, наверное? — Максим обращается ко мне, как только за ней закрывается дверь.
— Что? — не понимаю я.
— Пожар в центре Давида. По всем новостям. Не слышала разве?
Решаю не говорить пока, что я там была.
— Слышала, — киваю. — К счастью, без жертв. Вроде.
— Да-да, никто особо не пострадал. Ну, кроме тебя.
Изумленно смотрю на него. Он что? Знает?
— Это Давид поджог устроил, — вдруг произносит он.
— Что? — я хлопаю глазами.
— Что ты говоришь такое, Максим? Зачем ему это? Это же его центр. Ущерб, убытки…
— Убытки покроет страховка, — говорит Максим с ухмылкой. — У него все просчитано. На несколько ходов вперед.
— Но зачем ему это? Не понимаю…
— Конечно, не понимаешь, — улыбается Максим. — Доверчивая ты и неопытная. Вот сейчас, после пожара, ты не сможешь продать свои акции. Никому. Пока следствие не будет закончено и страховая не разберется.
Я задумываюсь.
