Вчера я выходила за продуктами, и снова встретила его. На его предложение посидеть вечером в баре ответила вполне однозначно.
— Рад это слышать, — произносит Богдан и лезет во внутренний карман своего пиджака за вибрирующим телефоном. — Сейчас я быстро отвечу. Да… И что? Меня это не волнует. Сегодня же, чтобы вывезли ее барахло из дома. К вечеру должно быть все готово, — сбрасывает."
"Мне не нужно объяснений на этот счет. Я и так все поняла. Богдан выселяет Ангелину из своего дома. Думаю, он оставляет ей квартиру, которую, он говорил, она очень любит.
Очень мило с его стороны. Его ребенку нужно где-то жить.
Стоп. Хватит думать об этом. Мне нужно абстрагироваться. Поубавить свою совесть и прочие мешающие чувства, принципы. Иначе я все испорчу.
— Так у тебя сегодня выходной?
— Да, я весь твой.
Приезжаем мы быстро, но у меня теперь дилемма: позволить Богдану подняться со мной, чтобы помочь с чемоданом, или нет. С одной стороны, проблемы самой с ним справиться у меня нет, а с другой, не хочется отшивать его с порывом мне помочь.
Я так долго была лишена этого. Все сама, да сама…
— Ладно, идем.
— Можно подумать, у тебя был выбор.
— Угу, — цокаю. — Мог бы притвориться, что он был… — открываю нам дверь подъезда.
Поднявшись и открыв дверь, я радуюсь почти родным стенам. Да, это съемное жилье, но мне здесь очень нравится. Только я теперь не представляю, что дальше. Мы будем встречаться, а жить каждый у себя? Или будем жить вместе? Не знаю... Но той или иной идее я не хочу быть инициатором. Я уже была в отношениях, в которых мужиком была я.
Но с Богданом такого и не получится.
— Спасибо… — толкаю чемодан ногой к стене и, сняв жакет, подхожу к нему. — Моя усталость быстро пройдет. Я приму душ, передохну, а потом тебе позвоню, и ты... сможешь сводить меня на ужин.
Богдан преодолевает остаток расстояния между нами, берет мои руки, пристально смотрит мне в глаза, заставляя мое сердце участить ритм.
Меня подкупает уверенность, что он источает. Для мужчины, который возможно хочет продолжить интрижку и просто какой-то причине захотел развестись с женой, а вовсе не из-за меня — он слишком серьезен.
— Я знаю, ты сомневаешься во мне, — произносит он хрипло. — Я и сам себя такого плохо знаю. Но зато я точно знаю, что никогда еще себя лучше не чувствовал в своей жизни.
У меня дыхание перехватывает от восторга, вибрация по всему телу, кончики пальцев покалывает...
— Я, наверное, тоже.
И это… пугающе.
Мы вообще могли не встретиться. Но встретились.
