Может, оно и так, Элеоноре, как я уже говорил выше, свойственно бурное раскаяние. Сначала она раздавит человека, а потом оплачивает его похороны.
– Да ты позвони ей, – посоветовала Вера, – если нам не веришь.
– Мы тебе не помешаем, – сказал Николай, – тихие совсем…
Я молча положил в кофе сахар, одну ложечку, вторую, грешен, люблю сладкое. К сожалению, связаться с хозяйкой я никак не смогу. Ее мобильный лежит сейчас в ящике письменного стола. Нора никому, кроме меня, не рассказала о предстоящей операции. Моя хозяйка абсолютно не суеверна, но ей, в случае неудачи, не хочется видеть жалость в глазах людей.
Для всех она просто уехала отдыхать.
– Если Элеонора предоставила вам приют, – наконец выдавил я из себя, – то ничего против я иметь не могу, тут она полноправная хозяйка, отдающая мне приказания. Живите сколько хотите.
– Вот и хорошо, – повеселела Вера.
– Худой мир лучше доброй ссоры, – заявил Николай, – мы в долгу не останемся…
– Рассчитаю тебе цикл бесплатно, – пообещала Вера.
– Что? – не понял я.
Вера кокетливо поправила крашеные пряди.
– Мы, кстати, так и не познакомились. Я Вера Пыжова! Понимаешь? Ве-ра! Пы-жо-ва!
Я заморгал. Последняя фраза была произнесена с такой интонацией, как будто требовалось воскликнуть: «О боже! Вы Пыжова! Та самая! Извините, не узнал!»
Но я на самом деле не имел понятия, кем является гостья, поэтому просто кивнул.
– Очень приятно. Ну а я, если разрешите напомнить, Иван Павлович Подушкин.
Николай выпучил глаза:
– Ты никогда о нас не слышал?
– Извините, не пришлось.
Парочка опять переглянулась.
– Вот поэтому в нашей стране средний срок жизни пятьдесят три года, – протянула Вера, – люди просто не читают нужные книги!
– Дерьмом увлекаются, – поддакнул Николай, – детективами, фантастикой, телевизор смотрят, сериалы!"
"Ленка, огромная любительница мексиканского «мыла», возмущенно фыркнула, но не позволила себе вмешаться в беседу.
– Вы писатели! – догадался я. – Создаете философско-эпические произведения о смысле жизни.
Вера раздраженно дернула плечом.
– Нет, я – гомеопат-астролог, крупнейший специалист, мировая величина, умею составлять гороскопы, ко мне очередь на год вперед расписана. Николай – ученый, пишет книги об оздоровлении организма, у него их уже пятьдесят.
– Сколько? – поразился я.
– Пять десятков, – подтвердил гость.
– Ни одной не читал, – признался я.
– Оно и видно, – покачал головой Николай, – зубами себе могилу роете, колбасу едите, ветчину, кофе пьете! Да еще с сахаром.
