– Растворитель?"
"– Нет, конечно, экий ты шебутной, хозяйственное мыло, такое серо-коричневое. Видел когда-нибудь?
– Раньше встречал.
– Вот, пожалуйста, а еще марганцовка и… да ты запиши, остальное в аптеке.
– Николетта заболела?
– Совершенно здорова, с чего ты взял?
– Ну… а зачем лекарства?
– Я собрался приготовить целительную микстуру от усталости, – провозгласил Николай.
Я слегка успокоился:
– Значит, маменька в нормальном состоянии?
– Абсолютно, – заверил меня целитель.
– Нет бреда, температуры, жара, судорог?.
.
Николай кашлянул:
– Редко встретишь теперь взрослого мужчину, столь привязанного к своей матери. Николетта в полном порядке, по-другому и быть не могло, она ведь живет сейчас по разработанной мною системе. Ты привези мыло и лекарства поскорей.
Я пообещал вскоре все доставить, походил по торговому центру, отыскал аптеку, получил кулек с таблетками и пошел к машине. Скраб, растворитель, марганцовка и всяческие пилюли, из которых Николай собрался сделать панацею, можно доставить домой и позже, целитель успокоил меня, Николетта находится в добром здравии, а вот доктор Фаина, вполне вероятно, завершит рабочую смену и утопает из диспансера.
Интересно, почему очень многие места, связанные с бесплатным медицинским обслуживанием, выглядят омерзительно? Обшарпанные стены, порванный линолеум, колченогие стулья в коридорах, равнодушные люди в белых халатах и толпа покорных больных, смиренно ждущих своей очереди.
Я подошел к окошку с надписью «Регистратура» и спросил:
– Доктор Шульгина в каком кабинете принимает?
Девушка, призванная давать ответы на вопросы, писала что-то в тетрадке, она даже не подняла головы, услыхав мой голос.
– Фаину Шульгину где можно найти? – повторил я попытку.
– Ну, блин, народ, – злобно воскликнула девица, – не видишь, я работаю! Не хрен меня дергать! Талончиков нет! Ступай домой. В среду новая запись! Явился к обеду!
– Мне не на прием.
– Фигли тогда приперся?
Хамство юной особы изумляло. Давно не сталкивался с таким. В последний раз я имел дело с врачами в тот день, когда укладывал Элеонору в клинику, но в частной больнице был совсем иной антураж.
– И че стоишь? Отваливай! – загундосила девица.
– Скажите, где кабинет, в котором ведет прием Шульгина, – ледяным тоном потребовал я.
– Она не примет.
– Я не лечиться пришел.
Девица скривилась:
– Вот приставучий. Ладно, говори номер.
– Какой?
– Карты.
– Я не состою на учете в вашем диспансере.
– Тогда ступай в первую комнату и возьми квиток.
