Весь ее вид говорил: раз смерть надвигается, не хочу ее видеть. Увы, такое поведение на дороге свойственно только женщинам. А вот мужчины никогда не реагируют подобным образом.
Решив не сдаваться, я быстро ощупал карманы красной куртки, висевшей на стуле, заглянул под стол, еще раз влез в сумочку… Пусто. Записная книжка и альбом исчезли.
Вначале я недоумевал. Куда же подевались вещи? Но потом понял, в чем дело. Пока я, отвернувшись от зала, заказывал кофе и сандвич, к Люсе подошел тот, кого она ждала. Я отвлекся на очень короткое время, но его хватило, чтобы ткнуть в шею Люсе некое оружие и убить бедняжку.
Записи не пропали, их унес киллер. Милиция не торопилась на вызов, я начал ходить между ближайшими столиками и, показывая удостоверение, спрашивать:
– Вы видели, кто подсаживался к убитой?
Но спешно одевавшиеся посетители лишь мотали головами. Каждый из них был занят своим делом, по сторонам не глядел, на Люсю тоже. Так и не найдя ни одного свидетеля, я двинулся к выходу, и тут мой взгляд вновь упал на Люсин заказ: капуччино на столике, уже полностью лишенный пены, и то, что валялось на полу: торт, сандвич, фигурка шоколадного зайчика, разлитая чашка эспрессо…
И тут меня осенило! Люся ждала мужчину.
Сандвич с курицей и эспрессо! Для дамы она бы заказала, как и себе, капуччино и торт. Прекрасная половина человечества не слишком увлекается крепким кофе и бутербродами, намазанными аджикой. Следовательно, Люсю убил какой-то парень. Фигурку шоколадного зайчика покойная, наверное, заказала для дочери Сони, небось намеревалась после свидания поехать в детский сад.
Я вышел на улицу, купил сигарет, закурил и стал смотреть, как легкий дым, тая, быстро поднимается в небо. Что же было в этой книжке? Чем был нанесен удар? Какая связь существовала между Люсей и Лерой? Откуда у первой ключи от квартиры Ермиловой? Значит, Валерия самозабвенная врунья, она знала, где и с кем живет Виктор. Тогда с какой стати заявилась к нам с Норой и устроила спектакль?
Увы, ответа ни на один вопрос не нашлось.
И как поступить? Пальцам стало горячо. Выбросив начавший гореть фильтр в урну, я решительным шагом направился к «Жигулям».
Конечно, лучше всего было бы сейчас посоветоваться с Норой. Но моя хозяйка находится в изоляции. Я ежедневно справлялся в клинике о ее здоровье и знаю, что Элеоноре сделали операцию, вроде удачно, но пока она еще спит, и все проблемы мне нужно решать самому.
Устроившись за рулем, я повернул ключ зажигания и поехал по проспекту.
