– Ну народ, – заворчала она, возясь с ключами, – лишь бы гадость наклеить! С какой стати, а? Уроды! Не открывается! Ну Лера! Сколько раз говорила ей: смени замок. Только все впустую.
Наконец дверь открылась.
– Давайте деньги, – велела Галя.
– Но я вручил их вам в кафе.
– Еще сто долларов.
– За что же? Вроде я уже заплатил за ключи, – я решил посопротивляться.
Деньги, которые я дал Гале, принадлежат Норе, это спецрасходы на ведение дела, но, поскольку хозяйка никогда не требует с меня никаких квитанций, нужно тратить средства экономно.
– Небось думаете один внутри пошарить, – захихикала Галина, – гоните стольник и ходите сколько хотите. Потом ключи вернете, я в этом же доме живу, квартира сто двадцать. Не заплатите, буду у вас над душой маячить.
– А как же съемки? – не выдержал я.
Галина капризно выпятила губки:
– Ничего, подождут, я звезда!
Мой кошелек стал легче еще на одну купюру. Повеселевшая Галина убежала, а я вошел в прихожую, запер дверь, положил ключ в карман и начал осматривать помещение.
С первого взгляда стало понятно, что здесь жила не слишком преуспевающая женщина. Нет, в квартире был сделан ремонт, но самый обычный, без особой роскоши. Двери из сосны и такая же мебель в прихожей. Маленькая кухонька обставлена мебелью российского производства, комнаты тоже. В ванной отнюдь не джакузи, да она бы сюда и не влезла, и вся бытовая техника была неновой. В таком антураже живут люди с постоянным, но небольшим доходом. Прокормиться и одеться хватает денег, а отложить нечего, на новые кресла и телевизор нужно собирать годами.
Маленькая комната служила спальней, ничего, кроме кровати, крохотного столика и пуфика, тут не было. Я машинально посмотрел на книгу, лежавшую на подушке. «Любовь во время звездопада». Похоже, Лера была любительницей дамского чтива, милая забава для одиноких или просто обделенных нежностью женщин. Прочитает дама толстый томик, попереживает, поплачет с главной героиней, и депрессия отступает. Великая вещь – любовный роман, заменитель страсти, эрзац для особ, которым не хватает романтики в жизни.
Записной книжки в спальне не было. Я прошел в большую комнату и с некоторой тоской уставился на «стенку». Трехстворчатый гардероб, секретер, отделение для посуды, ниша, где стоит телевизор.
Распахнул платяной шкаф. Однако с одеждой у нее было негусто! Испытывая некоторую неловкость, я поворошил белье на полках. Здесь книжки тоже нет. Скорее всего, она в секретере или в ящиках комода.
