Мальчики готовы подражать первому встречному, который взялся решить их проблемы. И с этим срочно надо что-то делать.
Что же у Анастасии там на самом деле произошло с их отцом? Как он мог отказаться пусть не от троих, пусть от двоих своих родных детей? Да еще и таких…
Артур содрогнулся от одной мысли, что такое могло случиться с ним. Разве он смог бы тогда жить обычной жизнью?
Вечером ложиться спать, утром просыпаться, ехать в офис, завтракать, обедать и ужинать. Если бы знал, что где-то точно так же ложатся спать, утром просыпаются, идут в сад, завтракают, обедают и ужинают его дети.
Да еще и такие…
От этих мыслей стало тошно, внутри будто булыжник завозился. Да лучше бы он сдох. Артур, конечно, а не булыжник.
Бросил беглый взгляд на Анастасию и удивленно выпрямился. Секунду назад она взглядом разносила его на атомы, и вдруг все изменилось.
Девушка по-прежнему не сводила кошачьих глаз с Тагаева, вот только теперь в них явно плескался страх.
Она испугалась, и сильно испугалась. Артур сразу угадал такое состояние, ему приходилось не раз наблюдать, а порой и намеренно в него вгонять.
И собственных директоров с заместителями, и деловых партнеров.
Он пожал руки мальчикам, попрощался с воздушной девочкой и кивком головы указал Анастасии на машину.
Надо отдать должное, отмерла она практически сразу. Быстро перецеловала детей, причем умудрилась обнять всех одновременно – сразу видно годами отработанную практику. И Артур понял, зачем. Никто в этой троице не должен быть обделен вниманием, такие дети…
Они молча сели в машину, молча тронулись с места.
А потом Артур не выдержал. Пока не вырулили на проспект, съехал с дороги в первый попавшийся переулок и заглушил двигатель.
Развернулся, положив локоть на руль, а вторую руку – на спинку сиденья. И уперся пристальным взглядом в сидящую рядом девушку.
– Ну? Я жду.
Но Анастасия видимо уже полностью оправилась от своего ступора. Разворачиваться ему навстречу посчитала лишним, ограничилась поворотом головы.
– Я вас не понимаю.
Переведите.
– Итак, Дима? – подбадривающе продолжил Артур.
– Да, Дима. Для меня. Для вас Дмитрий, – поправила его эта невыносима язва, и Тагаеву сразу захотелось, чтобы Дмитрий оказался рядом.
Как можно ближе. Желательно в пределах досягаемости тагаевского кулака. Можно даже ноги, но это крайность.
– Вы в самом деле собрались за него замуж? – он сгреб в кучу все свое самообладание.
Анастасия наклонила голову и несколько минут молча его разглядывала.
