— спокойным голосом произнёс дядя. — Общеизвестно, что уже далеко не один десяток лет как он перешел грань и пребывает в ранге Абсолют. Боюсь, что даже если что-то и выйдет из подобной затеи, то шуму будет столько, что конечный результат потеряет всякий смысл. Да и рядового беса под него не отдашь, как объясняла твоя чертовка. Нужен кто-то сильный. А оно нам надо, жертвовать на это дело сильного демона, ещё и так рисковать?
— Ещё раз назовёшь меня так, и пеняй на себя. — безэмоционально фыркнула Кали, тут же материализовавшаяся на соседнем кресле.
— Подслушивать — нехорошо. — улыбнулся дядя, ничуть не страшась услышанного.
— Я демон. Мне плевать, что хорошо, а что плохо. — продолжила стойко держать постную мину бесовка.
— Я вот думаю… а может не гадать? — не обращая внимания на мелкую перепалку, продолжил я разговор. — Плюнуть, и позвонить прямо императору, да спросить о том, какого демона здесь творится?
— В целом, это решение можно считать наиболее правильным. Но…
— Но?
— Но не самым полезным.
Наши взгляды с дядей пересеклись в тот же миг.
Молча буравя друг друга с десяток секунд, я всё же не смог скрыть заинтересованность и подобравшись произнёс:
— Чую, у тебя назрело предложение поинтереснее.
— Если попробовать потеоретизировать, то что нам может дать беседа с Его Величеством? — с готовностью кивнул Святогор и принялся рассуждать вслух. — Мне видится два самых основных варианта. Первый, менее вероятный, где они узнают о нашем знании, а сам монарх в лучшем случае сделает вид, что ничего об происходящих преступлениях не ведает.
И второй, где Его Величество действительно не в курсе того, что творится в его ИСБ. Тогда полетят головы. Правда есть нюанс. — сделал паузу дядя и оглядев меня, добавил. — Нам от этого не легче.
— Вряд ли после этого кто-то выдаст нам имена истинных заказчиков. — догадался я, подхватив мысль собеседника. — А действуя самостоятельно, мы рано или поздно на них выйдем.
— В точку.
Возникла долгая пауза, во время которой каждый из присутствующих задумался о чем-то своём.
Лично мне в голову лезли мысли о том, насколько радикально придётся расправляться с будущими врагами. Это ведь наверняка те самые враги рода, причастные к истреблению моей фамилии. А какой может быть с ними разговор?
С другой стороны, если я, будь даже такая возможность, начну резать всех участников геноцида Черногвардейцевых, против меня быстро ополчится добрая половина империи. И там либо уничтожат как бешенного пса, либо придётся бежать.
