– Вы выяснили, почему заключенный сбежал?
– А что там выяснять, места сварки прогнили от времени, немного усилий, и можно бежать.
– Я так полагаю, вы все исправили?
– Угу, – промычал я.
– Отлично, есть еще что-то, что я должен знать? – Он посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Вадика и остановился на нем, словно ожидал увидеть какую-то реакцию, и увидел.
Вадик еле заметно кивнул; это было сделано так профессионально, что, если бы я не знал, в чем дело, не обратил бы внимания. Зам перевел взгляд на меня.
– Хорошо, продолжайте трудиться, в конце недели получите расчет за проделанную работу. – С этими словами он покинул камеру.
Я начал сверлить Вадика взглядом, но тот лишь отвел глаза и вышел прочь.
В голове словно включился таймер, он отсчитывал время, отведенное мне на свободу, и с каждой секундой мне казалось, что стрелка таймера ускорялась в сторону неизбежного финала, – можно было лишь гадать, когда все произойдет: сегодня, завтра, через месяц… Возможно, они попытаются получить от меня как можно больше и только затем предъявят обвинения, а может, сразу после того, как Вадик сделает доклад.
* * *Время здесь и так текло с непонятной скоростью, а после того как выяснилось, что рядом со мной постоянно находится стукач и предатель, оно и вовсе превратилось в тягучую неподвижную массу. Все, что я мог, – это ждать. Каждую секунду казалось, что вот-вот сзади меня появится кто-то и заставит протянуть руки, наденет браслеты, а затем отведет в комнату пыток, где я сделаю последний вдох.
Затем я снова окажусь напротив невидимого судьи, он вынесет мне приговор, который явно не будет мне по душе, и, возможно, одна из камер станет моим домом. Но пока этого не происходило.
Зато все встало на свои места. Теперь понятно, почему Вадик указывал мне на ошибки, почему постоянно рвался посмотреть, как я работаю, зачем меня отправили приваривать эту дурацкую ручку на шкафчик. Все для того, чтобы у меня не было шансов на халтуру.
Вадик знал, все они знали, что я задумал, будто шпионы, проникшие ко мне в голову и расставившие жучки слежения по углам.
Они обрывали мои планы.
«Сам виноват, нужно быть умней и аккуратнее».
– Слушай, Вадик, я хочу извиниться. – Я подошел к нему после обеда и предложил присесть, перекурить и обсудить все, что произошло.
– Ты же понимаешь, что я все равно передам то, что ты мне рассказал, – ответил он с неподдельным сожалением в голосе.
Я закивал.
– За что ты здесь?
– Застукал жену со своим другом.
