— Так, теперь марш вниз, если нас сейчас не накормят, я съем тебя!"
"Данил с визгом спрыгнул с кровати, а Никита оскалился и начал грозно рычать, делая вид, что вот-вот бросится в погоню. Его охватила странная эйфория, он чувствовал себя абсолютно счастливым, что может проделывать какие-то глупые вещи, и никто не покрутит пальцем у лба и не посмотрит удрученно, ну не на Димыча же рычать, в самом деле. Тот даже испугаться может, только по-настоящему, а потом к психиатрам потащит, у него после работы в ментовке теперь везде знакомые.
Никита поймал визжащего мальчишку, перебросил через плечо, тот цеплялся за шею Елагина и не переставал визжать и смеяться. Дверь распахнулась, на пороге возникла мама и увидев, как ее сын сходит с ума с чужим ребенком, застыла. В ее взгляде мелькнула такая боль, что Никита спохватился и стащил мальчика со своей шеи.
— Мы уже идем, мам.
— Мы идем… — Данил запнулся, и Никита запоздало сообразил, что не успел сообщить, как зовут его мать. Только раскрыл рот, чтобы сказать «Ирина Матвеевна», как та его опередила.
— Данечка, называй меня Ириной или Ирой, можешь тетей, а можешь бабушкой Ирой, как тебе больше нравится, — ее взгляд, обращенный на мальчика, смягчился, при этом становясь тревожным и задумчивым. Никита обернулся и посмотрел по стронам, в комнате ничего подходящего не было, на глаза попался желтый покемон, одиноко лежащий на комоде.
— На, держи, это тебе на память, — Никита сунул Даниэлю в руку игрушку, и, приобняв за плечи, вывел из комнаты.
Глава 32
Они уже заканчивали обедать, когда у Даниэля зазвонил телефон.
Тот ответил почему-то на английском языке, хотя насколько понял Никита, звонила Сальма. Он взглянул на часы и внутренне напрягся, вообще-то мальчик уже час, как должен быть дома.
— Это мама, она спрашивает тебя, — Данил протянул Никите телефон.
— Да, Даниэль у меня, мы заехали ко мне домой, не волнуйтесь, он пообедал, и мы уже выезжаем обратно, скоро я его привезу, — Никита специально выдал весь массив информации, чтобы у Сальмы Фон-Россель больше не осталось вопросов.
Но она все равно нашла, к чему придраться.
— Мы не договаривались о том, что вы повезете его к себе домой, господин Елагин, — она говорила таким ледяным тоном, будто Никита утопил ее ребенка в бассейне. — Пожалуйста, верните его сейчас же.
А еще он видел, как затухала надежда в глазах матери, что она, интересно, там себе напридумывала? Что Даниэль его внебрачный сын? Мать могла, она любитель слезливых сериалов.
