Никита смотрел на экран, и только потом понял, что улыбается, глядя на аватарку Данилы, где тот улыбался ему в ответ улыбкой, в которой не хватало двух зубов. А еще он думал, что впервые за столько лет его кто-то ждет.
Глава 30
«Елагин, Елагин, как же я тебя ненавижу!»"
"Саломия невесело усмехнулась, кого она обманывает? Данька бы и тот не поверил, что говорить о самой Саломие. Ее внутренние резервуары, подпитывающие ненависть к Елагину, в одночасье опустели, будто кто-то разом вытащил все заглушки. И все вылилось до последней капли.
Но ведь так нельзя, может, ей еще все простить? Забыть предательство, смерть бабушки, тяжелую беременность и такие же тяжелые роды? Она ведь каждую минуту тряслась, что потеряет ребенка, Данил родился семимесячным, врачи не давали никаких утешительных прогнозов. Саломия провела в клинике почти год, постоянная угроза срыва беременности, медленное восстановление после ожогов, а потом еще полгода после родов и уже с Данькой.
Ее сын родился слабым и болезненным, Саломия то время вообще помнит, как в тумане, если бы не Вадим, она, наверное, и не выжила бы.
Именно Вадим убедил ее спустя год получить образование, а потом он же предложил вложиться в разработку программного обеспечения для BIM-технологий. Прекрасный управленец, хороший друг, преданный, внимательный, заботливый, но — друг. С этим Саломия определилась однозначно. Она в полной мере вознаградила его за помощь, теперь Вадим был достаточно богат, но ее благодарность так и не вышла за рамки безграничной признательности и существенной доли унаследованного состояния.
Подошла к зеркалу и неторопливо сняла шелковую повязку, задумчиво провела пальцами по лицу. С обоих сторон по краям, чуть ниже скул, тянулись два келоидных рубца, как раз в том месте, где загоревшиеся волосы коснулись лица. Такие же рубцы украшали ее плечо и левую руку. В принципе, при желании от них можно было попробовать избавиться, да хоть та же лазерная шлифовка, о которой постоянно твердит Вадим.
Саломия исподлобья изучала свое отражения.
Ни за что. Ни за что на свете она не станет этого делать. Она прекрасно видела, как меняется выражение лица Вадима, когда он смотрит на нее без маски.
— Я хочу, чтобы ты стала такой, как раньше, когда я влюбился в тебя, — говорил он Саломии, но та молча слушала и ничего не предпринимала.
Она честно пыталась полюбить Вадима, или хотя бы ощутить к нему влечение, но сердце молчало, а тело и подавно, хоть Вадим упорно не желал признавать поражение.
