— Что же в таком случае вы намерены им приказать?
— Поднять мятеж в одном из запасных полков той самой дивизии, где начальником штаба полковник Ковальский.
— Насколько это реально?"
"— В одном из батальонов дивизии действуют несколько моих людей, проникших в Войско Польское под видом добровольцев. Они проводят среди новобранцев пропаганду и уже смогли сплотить вокруг себя шесть-семь десятков жовнежей, недовольных политикой новой власти. Понимаю, что для крупного выступления этих сил явно недостаточно. Однако перебить в своем батальоне офицеров и коммунистов они могут, особенно если получат помощь со стороны.
А я постараюсь обыграть события так, чтобы следы мятежа привели в бригаду Хлобуча.
— Неплохо, капитан. Думаю, что после этого акции Хлобуча у коммунистов окажутся весьма подмоченными. А как полагаете вы, господин полковник?
Сухов, перебиравший кипу газет и журналов, лежавших у него на коленях, даже не поднял головы.
— Вот именно, лишь подмоченными. Затем Хлобуч и коммунисты во всем разберутся, и бригада замарширует в дивизию Ковальского.
В своем плане, пан капитан, вы упустили один существенный момент — в полку, где находятся ваши люди, обязательно должны быть советские офицеры-инструкторы. Вот их в первую очередь и необходимо ликвидировать. А когда мятежники станут уходить в горы, пусть по пути обстреляют или нападут на какой-нибудь красноармейский пост или автоколонну.
Штольце глянул на Матушинського.
— Мне кажется, капитан, над словами господина полковника стоит подумать.
Матушинський обиженно поджал губы.
— Давать советы легко, выполнять — гораздо труднее. Допустим, уничтожить советских офицеров будет не так уж сложно, но обстрел поста или подразделения Красной Армии… — Он покачал головой. — После мятежа мои люди станут отходить в горы по бездорожью, минуя в целях безопасности какие бы то ни было населенные пункты и транспортные магистрали. Чтобы напасть на советскую автоколонну или пост, я должен провести самостоятельную операцию.
— Кто или что мешает вам сделать это?
— Отсутствие верных людей.
Под моим непосредственным командованием всего шесть групп, и четыре из них привлечены к операции с мятежом. У меня нет сил на две акции.
— Почему вы не задействовали все шесть групп?
На губах Матушинського мелькнула снисходительная усмешка.
— Видите ли, господин оберштурмбанфюрер, задачи, которые стоят передо мной и вами, не совсем одинаковы. Ваши усилия сосредоточены на одном — борьбе с Красной Армией.
