Илья запрыгивает в кабину и дает задний ход. Как только ворота освобождаются, две машины проносятся мимо нас к зданию завода. Большая металлическая погрузочная дверь в передней части здания начинает сдвигаться в сторону. Пули осыпают машины Йована и Рельи еще до того, как дверь завода наполовину открывается, и становится очевидным, что внутри находится больше людей, чем мы предполагали.
— Черт! — Я бегу в сторону перестрелки, держась у края дороги и подальше от линии огня, а Филипп следует за мной по пятам.
Охрана Богдана, похоже, сосредоточилась на команде Йована.
Ребята ведут ответный огонь из-за машин, которыми они прикрываются на другой стороне двора. Когда я оказываюсь достаточно близко и под хорошим углом вижу нескольких бандитов, я останавливаюсь и стреляю. Филипп приседает рядом со мной и стреляет в сукиного сына, который держит наших ребят на прицеле из окна второго этажа фабрики. Над грохотом и треском летящих пуль все ближе слышится рев двигателя, подъезжающего к нам сзади. Через несколько мгновений мимо нас проносится Адам на своем мотоцикле, направляясь к дверям фабрики.
Мы прекращаем стрельбу, пока он делает резкий поворот и бросает дымовую шашку через вход. Белый туман заполняет дверной проем и проникает внутрь.
В дыму трудно разглядеть цели, поэтому я жду, пока он рассеется, и стреляю, как только становится видна фигура человека. Йован и остальные ребята тоже продвинулись вперед и возобновили стрельбу. Проходит несколько минут, прежде чем дым полностью рассеивается, и когда это происходит, семь тел лежат на земле в луже крови.
— Кто-нибудь, возьмите машину Ильи, — рявкаю я и поворачиваюсь к Адаму, который осматривает одного из убитых. — Склады?
— Уже горят. Я отдал приказ, как только мы закончили с грузовиком.
— Отлично. Давай оставим сообщение для Богдана.
Через десять минут мы садимся в машины и едем домой, оставив обнаженное тело парня с холодильника привязанным к большим железным воротам. На его груди вырезан знак креста.
Тридцатью минутами ранее
— Знаешь, он купил мне туфли.
— Я плотнее закутываюсь в свитер. — Я нашла пакеты сегодня днем. Все три. Он спрятал их в глубине шкафа, под стопкой своих джинсов.
Зевс качает головой в сторону и смотрит на меня.
— Конечно, они для меня. Две пары обуви на каблуках, усыпанных стразами, а третья — фиолетовая с серебристыми шелковистыми завязками. Я просто пошутила, когда сказала, что ему нужно покупать мне подарки, и он это прекрасно знает. Но он все равно их купил.
