Думаю, Яну со товарищи такое положение даже выгодно, больше денег на них тратится, да и положение в обществе укрепляется… В общем, страдают только честные бизнесмены вроде меня, да и то не слишком. Главное, аэропорт работает, а больше мне пока что ничего и не надо.
Вру, надо. Вопрос с неустроенной личной жизнью снова встает, хе-хе, во весь рост. С Джиной как-то не складывается. Нет, не ссоримся, просто я тут, она в Дюпоне, добираться по горным дорогам целый день… Пару раз я к ней приезжал, пару раз она ко мне, но как-то эти разы становятся все более и более разнесенными по времени.
Ну и, честно говоря, не наблюдается такого уж прям кипения страстей ни с моей стороны, ни с ее. Во всяком случае явно недостаточно для переезда и совместной жизни. В беспросветную тоску по этому поводу я погружаться не собираюсь, дело житейское, но что-то на этом фронте делать надо, надоело одному. Можно, конечно, черную горничную посимпатичнее завести, многие здешние холостяки так и делают, сказывается некоторый демографический перекос, но как-то не тянет.
Середина четвертого десятка, пора бы уже и семьей обзаводиться, однако.
– Витали?
– Да, Хендрина?
Хендрина вон, хоть ей всего двадцать три года, уже замужем и есть двое детей. Ну, буры вообще такие… мм… семейственно-основательные, я бы сказал. Совсем не в моем вкусе девушка, раз уж о ней речь зашла. Нет, не страшненькая, лицо вполне симпатичное, да и вообще очень светлая голубоглазая шатенка, вот только почти с меня ростом и раза в полтора тяжелее.
Причем не толстая, а именно крупная. Кулак больше моего, хе-хе. Но среди буров таких много, вон Катарину хоть вспомнить, жену Яна. Буры вообще крупный народ, не знаю уж, с чем это связано. Но что-то у нее смущение на лице нарисовалось… Недостача в баре, что ли?
– Что-то случилось?
– Нет-нет! Просто… мы переезжаем в следующем месяце. Мне придется уволиться.
– Жаль… – И правда жаль, она отличный работник, очень честная и ответственная. – Куда переезжаете? В Вельд?
Такое тут бывает частенько.
Поживут люди в городе, поднакопят денег, а потом купят участок земли где-нибудь подальше и плантацию заведут или ферму. Впрочем, бывает и обратное: надоест человеку в земле копаться и коровам хвосты крутить или не хочет, чтоб дети в совсем уж в захолустье росли – он продает ферму и переезжает в город. Круговорот жизни, однако.
Девушка качает головой:
– Нет, в Фолькстаат. Через месяц туда несколько семей из-за Ворот переселяются, уже судно зафрахтовали.
