– Антониу, ты еще долго нас тут мариновать собрался? В повестке сказано – одиннадцать сорок пять. На часах три минуты первого.
Широкоплечий американец (как выяснилось – из Лос-Анджелеса, переехал в детстве из Бразилии с родителями) не слишком убедительно изобразил раскаяние:
– Простите, мистер Ли. Небольшая техническая заминка. Старший инспектор О’Лири будет с минуты на минуту.
Отец Джебедайи (командира 102-го взвода, если кто вдруг забыл) достал из кармана пиджака носовой платок и протер окруженную венчиком рыже-седых волос лысину.
Кондиционирование в «интервью-рум» (она же допросная) оставляет желать лучшего. Может, дабы клиенты скорее дозревали, а может, просто сделали неудачно.
– Антониу, мой клиент – занятой человек, у него бизнес, которым нужно управлять. И у меня тоже дел хватает, если ты вдруг не в курсе. Поэтому ровно в двенадцать пятнадцать мы встанем и покинем это душное место. Ибо дольше получаса терпеть вашу неорганизованность закон нас не обязывает.
Тейшейра, судя по выражению лица, хотел было ответить что-то вроде: «Вызовем еще раз, себе же хуже сделаете», – но передумал. Видимо, решил не связываться со стариком Ли. Как-никак отец моего сослуживца – человек в Кейптауне известный и уважаемый, шесть лет был окружным прокурором. Если бы на эту должность можно было выдвигаться больше двух раз – до сих пор был бы, наверное. А теперь вот заместитель председателя городской гильдии адвокатов.
Столп общества, короче, хоть с виду и неказист. Но вот голос поставлен будь здоров – пока не услышишь, ни за что не поверишь, что невысокий, с узкими плечами и пивным животом старичок обладает столь звучным глубоким баритоном.
Хотелось бы знать, почему задерживается О’Лири. Пытается выбить меня из равновесия, готовит какую-то пакостную неожиданность или просто задержало что-то никак со мной не связанное? За последние несколько дней старший инспектор успел прийти ко мне аж с двумя судебными постановлениями: первый раз – на записи с камер наблюдения, второй – на взятие смывов с посуды, бара и мойки.
Причем вторую бумагу он умудрился раздобыть всего за пару часов – видимо, судья не очень обрадовался, когда узнал, что записей уже нет. Э-хе-хех, зря я затеял всю эту операцию со сменой жесткого диска. Тогда казалось хорошей идеей, но сейчас понимаю – ошибка. Выглядит очень подозрительно.
