— Ой, что это мы плачем? — подозрительно заглядывает он мне в лицо и тянет за руку в сторону крытого павильона. — Ну ка пойдем, я здесь уже почти два часа, а так и не выпил ни капли глинтвейна.
— Мне нельзя глинтвейн, — возражаю я.
— Так вам, милая леди, его никто и не предлагает. Вам чай и сладости, и не вам, а девочкам.
В считанные минуты оказываемся за столиком, и пока я звоню Марии, чтобы она не волновалась, перед нами возникают корзинки с выпечкой, пряниками и марципанами.
— Откуда вы здесь взялись? — интересуюсь у мистера Рича, откусывая кусочек пряника и запивая горячим, обжигающим чаем.
— Я приехал в гости к сыну, у него офис в Вене. Решил пройтись по ярмарке, купить внукам подарки. А тут вы меня с ног сбиваете, — и спрашивает совсем другим тоном: — Ты что, виделась с Асадовым?
Молча киваю, затем мотаю головой и прячу лицо в ладонях.
— Что такое? — спрашивает старик участливо. — Он не стал с тобой разговаривать?
— Я не смогла, — шепчу я, — не смогла подойти...
— Но почему?
— Он был не один, с девушкой.
Его девушкой. Она такая красивая, а я...
— Что ты?
— Толстая. И нос у меня красный, — шепчу я потерянно, слезы снова бегут из глаз.
— Ты не толстая, ты временно увеличенная! А нос красный, потому что замерзла.
Мистер Рич еще хочет что-то добавить, как тут у меня оживает телефон. Незнакомый номер.
— Госпожа Плохая? Компания «Цитадель», я руководитель отдела реорганизации и развития Томас Гастон. Ваша концепция по реорганизации отеля заняла первое место. Вам удобно будет посетить наш офис в понедельник в двенадцать часов?
— Да, конечно, — растерянно лепечу я, не веря своим ушам, — я буду в двенадцать, господин Гастон.
Завершаю вызов, поднимаю неверящий взгляд на мистера Рича.
— Я выиграла. Они будут переделывать отель по моему плану.
Он не успевает ответить, как снова звонит телефон, и из динамика доносится оглушительный вопль.
— Мисс Плохая, мисс Алена, это просто невероятно! Вы даже не можете себе представить! О, этот старый хрыч, как же он оказался прав! И почему я его не послушал? — стонет и завывает в трубку мой брокер Герхард.
— Что такое, вы можете объяснить? — допытываюсь я.
— Акции. Они взлетели до небес. Сегодня «Цитадель» представила бюджет, который планирует потратить на реорганизацию отеля, и все бросились их скупать. Даже если вы просто продадите свой опцион, вы уже сказочно богаты!
— Спасибо, господин Герхард, я подумаю, — говорю и роняю руку с телефоном. Это все, на что меня хватает.
