– Магнитофонные записи должны быть двух видов: нарезка из популярных песен различных исполнителей и альбомы целиком. Поклонники “Бони М” предпочтут альбом, а для дискотеки сгодятся три-четыре самых популярных композиции этой группы»."
"В ноябре 1981 года Льва Ивановича вызвали в суд и ознакомили с исковым заявлением тещи, потребовавшей свою долю в наследстве, оставшемся от покойной дочери. Карташов был в ярости. Такой подлянки от родни жены он не ожидал. Выйдя из суда, Карташов снял все деньги со сберкнижки, спрятал оставшиеся чеки Внешпосылторга в надежное место.
Кооперативную квартиру Лев Иванович спрятать не мог. Как ни крути, теща имела право на несколько квадратных метров жилплощади. Пришлось пойти на переговоры с бывшими родственниками.
– Право на часть квартиры вам ничего не даст, – разъяснил свою позицию Карташов. – Продать вы ее не сможете, так как квартира является неделимым имуществом. На постой к себе я никого из вас не пущу – ни с милицией, ни с судебным исполнителем.
Я предлагаю цивилизованный вариант решения проблемы. Вы получите все вещи моей покойной супруги и денежную компенсацию в размере ста рублей. Если вас такие условия не устраивают, то вещи жены сдам в комиссионный магазин, вырученные деньги оставлю себе.
– Не получится! – возразил тесть. – Это наши деньги, мы их у тебя по суду взыщем.
– Хорошо, – согласился Лев Иванович. – Тогда я сожгу ее шубы и пальто. Пепел от сгоревших тряпок вас устроит?
После нескольких дней переговоров Карташов и родственники жены в судебном заседании заключили мировое соглашение.
К предложенной компенсации Карташову пришлось добавить золотые украшения жены. Зато квартира осталась в полном его распоряжении.
В декабре Лев Иванович и Лиля стали готовиться к переезду. Перед Новым годом они въехали в новую трехкомнатную квартиру, но вещи распаковать еще не все успели.
Комбинат бытового обслуживания (КБО), в котором Карташову предложили должность главного инженера, располагался в трехэтажном здании недалеко от центра города.
На первом этаже КБО работали химчистка, парикмахерская, мастерская по ремонту обуви и фотостудия. Весь третий этаж занимало швейное производство. На втором этаже находились студия звукозаписи и мастерская по ремонту теле– и радиоаппаратуры. Всего в КБО работало около ста человек. Кабинет главного инженера располагался на втором этаже, рядом со студией звукозаписи.
