Итак, возьмем быка за рога! Я уверен, что стрелял в Мамедова или ты, или Борзых, который сейчас мертв. Кто остается? Кто прикрывал стрелка от людей на остановке и забрал пистолет на хранение себе?
– Ты хочешь сказать, что это я организовал убийство своего лучшего друга? – изумился Черданцев. – Я, Андрей Николаевич, никогда в своей жизни друзей не предавал, тем более никогда и ни при каких обстоятельствах не задумал бы убийство человека, с которым вырос и пуд соли съел. На кой черт мне его убивать? У тебя есть версия?
– Пока нет.
Мужчины, не сговариваясь, выпили, закусили, чтобы сбить горечь водки во рту. Черданцев закурил, выпустил тугую струю дыма в потолок, посмотрел Лаптеву в глаза. Андрей Николаевич, не дрогнув, выдержал взгляд и сказал:
– Если ты не убивал Борзых, то тебе и скрывать-то нечего! Про убийство Мамедова все уже давно забыли. С Юрой вы были друзья и компаньоны, так почему бы тебе не внести ясность: кто бы мог отправить твоего приятеля к праотцам? Кстати, где его супруга?
– Отдыхает на Байкале.
Встречный вопрос: где тело Борзых? До сих пор в морге лежит? Бедный Юрец! Хотел на Кипре жить, а после смерти валяется среди невостребованных трупов, как бомж. С чего начать-то? Со старика? Тогда Лев еще не был стариком, он только набирал силу.
Лаптев отметил про себя: как только разговор стал более-менее откровенным, Черданцев стал называть Карташова просто Лев, что должно было подчеркнуть высшую степень доверительных отношений между ним и покойным.
Бойко начав, Черданцев неожиданно замолчал на полуслове.
Лаптев решил разрядить обстановку:
– Как Борзых Льва Ивановича называл: «папа» или по имени-отчеству?
Петр засмеялся:
– Да ты шутник, Андрей Николаевич! Какой он, к черту, «папа». Лев бы ни за что не дал себя так называть. Даже мне бы не разрешил.
– Ты хотел жениться на его дочери?
– Женился бы. Если бы не определенные обстоятельства. Но давай обо всем по порядку.
35
– Для начала давай раскроем карты, – предложил Черданцев. – В каком статусе ты сейчас выступаешь?"
"– Частное лицо.
Меня можешь не опасаться. Я пенсионер, для правоохранительной системы я никто. Сразу же после убийства Борзых я принял участие в расследовании в качестве стороннего консультанта, но после разоблачения Морозова необходимость в моих услугах отпала.
– Годится! Что ты знаешь об этом деле, о его, так сказать, ответвлениях?
– Мне известно все о ДТП в 1992 году, о банкротстве Любимова и, разумеется, все о Морозове. О заказчике убийства я ничего не знаю.
