Обрученная с чайным плантатором с Цейлона, она никак не могла решиться на отъезд, словно опасаясь бросить отца с братом на произвол судьбы. Князь пугал ее, непривычную к высшему свету, поэтому, вместо того чтобы прислушиваться к беседе, она принялась занудно пересказывать Мэри содержание недавно полученного от жениха письма.
Ее брат, стройный молодой человек с длинными волосами, бесцеремонно устроился на софе по соседству с князем, возвестив, что является давним поклонником русской школы.
– А что это за школа? – изумилась Эрминтруда.
– Я имею в виду литературную школу, миссис Картер, – с улыбкой ответил Алан.
Гарольд Уайт, стоявший у бара в ожидании, пока Уолли смешает ему коктейль, подметил:
– Похоже, мой отпрыск оседлал своего любимого конька. Поставьте его на место, миссис Картер. Чем целыми днями читать, пусть лучше работать идет.
– Не приставай к Алану, – сказал Уолли. – Я тоже обожаю книжки читать. Только не летом, конечно.
Алан, пропустив его реплику мимо ушей, повернулся к князю и изрек:
– Чехов!
Вики, посмотревшая в театре «Вишневый сад» и решив, должно быть, что хватит ей уже держаться в тени, продекламировала:
– О да – утонченная психология гуманизма! Чудесная вещь, замечательная!
– О, Вики, у тебя новая прическа! – ни к месту воскликнула Джанет.
– Да, – горделиво ответила Вики. – Я так самовыражаюсь. Сегодня мне вдруг показалось, что в меня вселился чей-то дух. Мне пришлось таким образом попытаться приспособиться к нему.
Вот!
– Ты просто очаровательна! – негромко сказал Алан. – Порой мне даже кажется, что в твоих жилах течет русская кровь.
Уайт осадил сына, заявив, что тот слишком много болтает, а Стил добавил, что лично он ничего для себя в Чехове не открыл.
– Ну надо же! – воскликнул уязвленный Алан. – А искусство говорить полунамеками? А тонкий стиль? Посмотрев «Три сестры», я потом неделю в себя приходил!
– Я тоже, – проворчал Уолли. – Предупредили бы меня, какая это тягомотина, ноги бы моей в театре не было!
– Я согласна, – неожиданно поддержала мужа Эрминтруда.
– То есть пьеса очень умная, безусловно, но лично я считаю, что развлекаться нужно иначе.
– А вот «Чайка» мне понравилась еще больше, – заявил Алан. – Тоска и безысходность наваливаются на тебя с такой силой, что грозят раздавить.
– Лично я посещаю театр вовсе не для того, чтобы быть раздавленной тоской и безысходностью, – отрезала Эрминтруда.
