Не как тогда, в туалете, где он действовал словно бы механически и где я хотела только одного — чтобы все поскорее закончилось. Нет, теперь все было совсем иначе — горячо, страстно… по-настоящему.
Эмиль внезапно оторвался от моих губ, его руки замерли у меня на бедрах и я распахнула глаза, испугавшись того, что все это было лишь какой-то шуткой… или непонятной мне проверкой.
Но он шумно выдохнул то, чего я совсем не ожидала:
— О ком ты думаешь сейчас?
Я непонимающе закусила губу.
— Что ты имеешь в виду?"
"Его рука вновь скользнула по моему телу, дразняще замерев рядом с тем местом, где я уже жаждала его прикосновения.
— О ком ты думаешь, когда я касаюсь тебя… так?
Его пальцы продвинулись дальше, заставляя меня жалобно застонать.
— Эмиииль… — сорвалось с губ.
И этого хватило. Его руки снова задвигались по моему телу, пробуждая целый ураган чувств.
И я охотно им отдалась.
13
Утро приветствовало меня хмурой погодой и жгучими, мучительными сомнениями по поводу того, что случилось накануне.
Я была уже не в том возрасте, чтобы стыдиться происшедшего, напротив — когда тебе переваливает за тридцать, излишнее жеманство и самообман становятся совершенно не к лицу. И было попросту глупо жалеть о том, чего сама хотела и все же…
И все же я испытывала неловкость. Не от того, что так легко сдалась, нет. Мне просто… не хотелось, чтобы Эмиль посчитал меня слишком доступной, особенно с учетом того, как началось наше знакомство…
Один бог ведал, когда и как это случилось, но я вдруг обнаружила, что его мнение стало мне важно.
Стало важно быть в его глазах… кем-то особенным. Не проходным эпизодом.
Может, причиной того был ребенок, которого носила. А может, то, что этот мужчина… подставил мне плечо в тяжелый момент и мне… внезапно стало необходимо, чтобы он и дальше держал меня за руку.
Тяжело вздохнув от этих разъедающих мыслей, я поднялась с постели и подошла к окну. Дождь неторопливо, почти лениво стучал по карнизу, а я смотрела на пожелтевшие деревья в саду и испытывала какое-то щемящее чувство.
Одиночество. Одиночество листа, сорванного с дерева и унесенного холодным ветром в неизвестность.
Уже давно не ощущала себя настолько одинокой. Все последние годы рядом был муж, готовый защитить от любой непогоды, закрыть собой от пронизывающего холода. Кто мог представить, что именно от этого человека в итоге буду искать защиты я?
Вновь стало горько.
