Вот и сейчас все мои знания об одном из самых страшных людей в империи, обрывочные сведения, полученные от няни, госпожи Вонград, Янира и других, нападение и слова лича, странное подозрение и образ императрицы Кассилии сложились в единую картину, в которой было понятно не все, но многое…
— Вы были любовницей последнего белого мага, — слова давались мне легко, вероятно сказывалось напряжение последнего месяца, нервное ожидание Дэсмонда и знание о том, что сейчас творится в городе, а возможно все это стало последствием ментального воздействия матушки Иоланты.
— И каким-то образом были причастны к попытке отобрать силу у лорда оттон Грэйда, и заполучили ее часть, вот почему святой сплав реагирует на ваши эмоции.
Лицо императрицы потемнело. И теперь белила казались фарфоровой маской, надетой на это красивое лицо смертельно уставшей женщины. Кассилия рассмеялась, злым, безмерно мертвым смехом, затем взглянула на меня и тихо произнесла:
— Вы никогда не любили, леди оттон Грэйд… вы никогда не любили…
И вдруг, резко подавшись вперед, с неимоверной злостью:
— Он был всего лишь белым магом, а я леди-невестой императора, навеки связанной обязательствами, долгом, этикетом!
Она закрыла лицо руками, несколько секунд сидела без движения, затем устало начала рассказывать:
— У него было все — весь спектр магических сил, все кроме управления духами ветра, и Леонас бредил этой идеей… — горький смех, судорожно дрогнувшие унизанные перстнями пальцы.
— А единственным, кому духи подчинялись беспрекословно, был Грэйд. Чертов проклятый Грэйд!
Мне вспомнились Янир, Локар… младшие духи ветра, что управляли кораблями южной армады… Духи ветра действительно удивительные, они как сама стихия, но подчиняются сильнейшим — вот в чем секрет. Неужели белый маг не знал об этом?..
— Леонас пытался предложить деньги… но этот ублюдок и сам мог купить кого угодно. Пост в армии — но Грэйд всего добился без нас… Нам нечего было предложить.
А потом как дар судьбы — мне стало известно о заговоре церковников, которым от мерзавца требовались рудники в Истаркане. И мы стали наблюдать, за тем, как под Грэйда подсовывали эн-Аури, заказную незаконнорожденную Эрона. Это было забавно, ведь он повелся. И впервые с момента рождения, у Грэйда не было всего, чего он хотел — пришлось завоевывать непокорную леди, которая мечтала о большем, нежели просто быть герцогиней.