И если вы проявите твердость и верность клятвам, что были даны вами против вашей собственной воли, уже завтра, вас увезут в один из отдаленных монастырей, где сам Пресвятой не сумеет вас отыскать.
Говорил его высочество убедительно. Крайне убедительно. Более того, я и сама отчетливо понимала — это правда. Матушка Иоланта если и отдаст меня, то лишь в обмен на рудники Истаркана, а возможно затребует и более высокую цену, на которую лорд оттон Грэйд никогда не согласится. Мне конец.
Я пошатнулась, и устояла лишь потому, что его высочество предупредительно поддержал за локоть.
Едва слышно поблагодарив, прошла к скамье, на которой недавно сидела матушка Иоланта, обессилено опустилась на холодный мрамор.
Принц Генрих молча прошел и сел рядом. Некоторое время он все так же безмолвствовал, видимо позволяя мне осознать всю серьезность ситуации, затем вернулся к предмету разговора: — Вы должны принять мое предложение сегодня, чтобы я мог быть уверен в вашей безопасности. Спустя четыре дня состоится наше обручение в храме Трех дев, где вы ""случайно"" минуете камень чистоты.
Полагаю, нет смысла сообщать, что он засияет при вашем приближении, являя всем присутствующим чистоту и невинность будущей императрицы.
Горькая усмешка промелькнула на моих губах — да, они уже все продумали.
— Нас обручит сам святой старец Ирений, — продолжил его высочество, — в присутствии пятитысячной толпы прихожан. Затем с небес прольется свет и это будет явлением чуда, которое ""убедит"" служителей Пресвятого в том, что мы истинная, предназначенная друг другу пара.
Венчание откладывать не станут. Мы принесем клятвы друг другу, и с этого момента вы станете моей женой.
Не сдержавшись, тихо возразила:
— Я уже замужем.
— Не стоит равнять древний варварский обычай и святое таинство церкви, — отрезал принц. И тут же продолжил: — Рождение вами моего наследника упрочит мое положение, вознеся над бездетным и не любимым в народе Теодором и империя благоприятно воспримет указ об изменении порядка престолонаследия.
Все уже решено и спланировано, леди Уоторби. И я достаточно откровенен с вами, так как искренне полагаюсь на вашу рассудительность и верю вы предпочтете судьбу императрицы, судьбе запертой в каменный мешок монашки. Решать, несомненно, вам. Я высказался против плана матушки Иоланты, подразумевающего оказание на вас ментального воздействия, так как желаю, чтобы вы дали согласие сами, без магического принуждения.