Выхожу из здания, пребываю в мыслях. Думаю, подряд обо всём -
о Макаре, о своей маме, о её потерянном сыне, о бывшей жене Покровского, об отчиме, о биологическом отце, живущем в посёлке вдали от Москвы, о любимом Сашульке, сердце тут же заходится быстрыми ударами.
На улице вдыхаю свежий воздух полной грудью, принимаю решение. Падаю на заднее сидение седана.
– Отель МАК.
Через тридцать минут уже вхожу в холл отеля, где меня вежливо принимают, устраивают в номер. Выдают тапочки, белый махровый халат. У меня из вещей осталась лишь расчёска в сумке.
Теперь эта жена Мака не отдаст мне ничего. Скорее всего, сегодня ночью все мои вещи окажутся в черном мусорном мешке.
Принимаю душ, падаю на кровать, включаю Вайбер."
"– Мамочка, покажи мне Сашеньку.
– Ты чего так поздно? – мама передвигается по дому, направляясь к детской. – Вот наше чудо, – светит сыночку в лицо.
Он морщится смешно, поворачивается на правый бок.
– Как он?
– Прекрасно. Сегодня играли в прятки, в догонялки…
– В догонялки? – вздрагиваю.
– Мама, я просила следить за тем, чтобы Саша не перенапрягался! – повышаю голос.
– Он чувствует себя прекрасно, – виновато сообщает, убирая телефон от лица моего сыночка.
Мама выходит из детской, прислоняется к стене.
– Как всё прошло? Секс был?
– Не было!
Мысленно озвучиваю: – и возможно, уже не будет…
– Макар женат… – принимаю решение не рассказывать про аварию, зачем Максу лишние переживания, он и так поседел из-за внука, и сердечко уже пошаливает.
– Поняла. Но ты не сдавайся. Уговори его на ЭКО!
– Хорошо.
Спокойной ночи, – громко чмокаю трубку. Отключаюсь и ложусь спать.
Наутро на скорую руку принимаю душ, завтракаю в номере, одеваюсь и спускаюсь в холл.
– Могу увидеть госпожу Покровскую?
– Она уже ждёт Вас в ресторане!
Вот как! Направляюсь туда, куда меня отправили.
Её я узнала сразу. Вся из себя, холёная, в светлом брючном костюме. Длинное каре с ярким рыжим отливом, и ухоженное обколотое лицо.
Киваю, присаживаюсь напротив женщины. Бабушки моего сына…
Чувствую себя неловко, сравнивая маму с первой женой Макса.
– Ты бы хоть постеснялась! Кэти рассказала, что ты ждала Мака дома полуголая.
Я вся раскраснелась и сцепила зубы. Так на всякий случай.
– Моя жизнь принадлежит не мне, а моему сыну! Для меня сейчас самое святое – его маленькая драгоценная жизнь. Не могу рисковать ею.
– Вот именно! – цедит мама Мака, прищуривая красивые глаза, – я тоже мама, и счастливая жизнь моего ребёнка для меня важна не меньше!
– Саша болен.
