Мак был прав, когда сказал маме, что его отец хочет от неё наследника.
Странная у богатых любовь!
Мне безумно плохо, ломает, хочется выговориться. Но жилетки больше нет. Не хочу чатиться с Маком, читать, как сильно он ненавидит сводную сестру.
Без него тошно.
Поднимаюсь, вытираю слёзы, включаю ноутбук. Открываю уорд, пишу.
«Восточная сказка или билет в один конец»
«Любовный детективный роман»
«Автор: Мак Юлий»
«Аврора жила в маленьком тихом, ничем не примечательном городке, и мечтала лишь об одном. О большой и светлой любви…
… Девушка поняла, что единственным выходом из тупиковой ситуации является побег…»
Я просидела до утра, сочиняя свой первый роман.
Наутро поняла, что кроме родственников, которым на меня фиолетово, и Мака, ненавидящего всеми фибрами души, у меня есть мой сыночек и мечта стать писателем.
А ещё я поняла, как именно я хочу жить, и чем буду заниматься.
Глава 11
Макар
Октябрь
– Сынок, надо учиться! Тебе всего двадцать и мне не нравится, что ты совсем не думаешь о будущем! Спрятался здесь в деревне, сидишь как сыч один целыми днями у компьютера.
Бросаю на маму изучающий взгляд.
Никак не пойму, чем она хуже Ирины?
Маме сорок два, но выглядит она как девчонка. Высокая, худая, с красивым гладким лицом и огромными серыми глазами, в которых отражается любовь и доброта.
Но не сейчас! В данный момент на её глазах лежат огуречные кружки, а лицо обтянуто маской из живых персиков.
– Мама, не могу разговаривать с тобой о серьёзном, когда не вижу твоих глаз.
Я что с овощами должен общаться?
– Прости, – поспешно стягивает с лица маску, внимательно смотрит на меня. – Макар, беззаботное время детства ушло, – серьёзный тон наводит на мысль, что разговор предстоит непростой.
Каменею от напряжения."
"– Разве продажи номеров не улучшились? – спрашиваю с обидой.
– Продажи-то улучшились! Спасибо тебе. Но ты мог бы вносить коррективы в руководство отелем и дистанционно. Необязательно для этого сидеть здесь!
– Мама, – повышаю голос. – Не хочу пока в люди.
– Мак, милый, ты прожил слишком короткую жизнь, чтобы так возненавидеть людей. Не все такие акулы, как Юля и Ирина. Есть другие.
– Не смей называть Юлю акулой! – защищаюсь.
– Не говори со мной в подобном тоне! Разве я отняла у тебя наследство? Нет! Она – твоя многообожаемая сводная «сестрица».
Мама подносит к тонким губам стакан с водой, отпивает.
– Мак, я хочу, чтобы ты уехал. Немедленно.
Шарахаюсь от матери, неужели она меня тоже прогоняет.
