Но когда видела, оно не сулило ничего хорошего.
— Я, эм, я не хотела услышать, о чем вы, ребята, говорили. Но у тебя очень маленькая квартира.
— Мне нужно, чтобы ты не расспрашивала меня об этом, пожалуйста.
— Только один вопрос.
Мне не оставалось ничего, кроме как согласиться.
— Чтобы там между вами не происходило, та сделка, что вы заключили — обернется ли это все тем, что тебе будет больно, Энн?
Я уныло склонила голову, пошаркала ступней по полу. Мы с сестрой не врали друг другу. Это было правилом, которого мы придерживались в обязательном порядке.
Не важно, какую чушь несла наша мать, но мы с Лиззи всегда были честны друг с другом.
— Я не знаю.
— Думаешь, оно будет того стоить?
— Это уже два вопроса, — произнесла я, слегка улыбнувшись.
— Называй это ранним подарком на Рождество.
— Он замечательный, Лиззи. Такой замечательный. Никогда прежде я не встречала никого, похожего на него.
Она медленно кивнула, отряхнула руки и затем крепко их сжала. Еще несколько нервных черт, которые мы унаследовали от нашей ненормальной матери.
— Он будто снова включил тебя. То, что мы выбрались из дома, помогло, но... он снова нашел тебя.
— Нашел меня? Я все время была прямо здесь, Лиззи.
— Нет, тебя уже давным-давно не было.
Я уставилась в пол, не находя слов.
— Так, я думала, ты пригласишь Риса присоединиться к нам этим утром.
Мой рот открылся от удивления. Как раз из серии о том, что происходит впервые.
— Дерьмо. Я сказала, что позвоню ему. Совершенно вылетело из головы.
— Бедный Рис. Ты знаешь, думаю, для него это будет полезно, — Лиззи усмехнулась, потом замерла и принюхалась.
— Бекон горит!
Мы подоспели на кухню как раз вовремя, чтобы увидеть дым, поднимающийся со сковороды и почерневшие кусочки бекона. Какая трата продуктов. Я выключила конфорку, выбросила остатки завтрака в раковину. Обычно холодильник был забит продуктами для нашего воскресного бранча, но на этой неделе я была слишком занята.
— Не переживай, вместо этого мы перекусим тостами.
— Извини."
"— Вы же обе пойдете на репетицию, да? Парни не будут против, — на кухню вошел Мал, занятый застегиванием молнии на сером худи.
Парень был с джинсами одним целым, и они на нем так хорошо смотрелись. А я все еще была в своей элегантной одежде для сна, неумытая, и с, должно быть, жирными волосами. Он посмотрел на сгоревший бардак в раковине. — Дайте угадаю, все-таки я поведу вас куда-нибудь позавтракать?
— Нет, мы съедим тосты. После той вечерники у вас сегодня будет репетиция? — спросила я.
