— Думает, меня сняли, — поиздевался Мал, смотря в сторону. — Поправь его, Тыковка.
После этих слов ноздри у Риса раздулись. Я стояла, приросшая к месту. Мое сердце билось так быстро, что я была уверена, на ребрах останутся синяки. С растрепанными после сна волосами или нет, этот момент был прекрасен. Я хотела, чтобы он постоянно крутился на YouTube. (Ладно, может, я и не хотела, чтобы он оказался на YouTube. Но вы поняли, о чем я).
Я откашлялась и выпрямила спину. За сегодня я стала раз в десять выше.
— Рис, мы с Малом встречаемся.
— Мы живем вместе, — поправил Мал.
— Точно. И это тоже. Я собиралась тебе рассказать. Мы с Малом очень счастливо живем вместе с позавчерашнего дня.
— Малом? — Мой босс замер. — Малом Эриксоном, барабанщиком?
— Ага.
Покрасневшие глаза Риса вспыхнули еще ярче. Больше не было сказано ни слова.
— А теперь, когда мы это выяснили, я пошел в душ, — заявил Мал. — Дам вам, детишкам, возможность поговорить.
— Спасибо, — сказала я.
— Не вопрос.
Его рука шлепнула меня по заднице, отчего я подпрыгнула.
А затем, лениво почесывая щетину, он направился в ванную. Мою ягодицу жгло. Я сделала мысленную пометку убить его позже, как только останемся одни. Убить его или отыметь, все равно. Мои гормоны были так обескуражены.
В ту же секунду, как закрылась дверь, Рис схватил меня за руку и потянул в крошечную кухню. Еще даже не собиралось светать. Свет из гостиной слабо освещал его угрюмое лицо. Его очки в черной оправе были перекошены набок, придавая его внешности более потрепанный вид.
Наверное, мне бы стоило ревновать. Но нет, не в этот раз.
— Что за черт, Энн? Ты говорила, что познакомилась с ним, и на этом все. Блин, мне показалось, что он выглядел знакомо...
— Для меня это тоже оказалось сюрпризом. Но это же здорово, да?
На голове у него творился бардак после проведенной ночи в постели, но не из-за сна. Он не мог заявиться ко мне домой и устраивать взбучку, когда обнаружил, что я (якобы) занималась тем же, что и он, ни фига подобного.
— Здорово, — ответил он уныло.
— Когда узнаешь его поближе, поймешь, он очень хороший парень.
— Конечно.
— Знаешь, он заставляет меня улыбаться. Не воспринимает меня как должное, — сказала я, готовясь к убийству. В общем-то, у меня была утренняя жажда к кровопролитию. Это не значит, что он не заслужил за свое грубое поведение по отношению к Малу. Может, мне и не нравилось большинство женщин, с которыми он околачивался, но черта с два я их когда-нибудь оскорбляла.
