— Иными словами, в определённый отрезок времени рождались дети, способные заключить брачный союз с представителем другой направленности магии, чья совместимость была идеальной. Следовательно, не требовался дополнительный ритуал для смены полярности магии невесты, как в моем случае с леди Аэльей Розмари тер Глоуддак.
Я помолчал, обдумывая эту мысль. Откровенно говоря, меня всегда возмущало подобное: смена полярности магии. Подобные браки случались, редко, но случались и невесте всегда принудительно меняли полярность магии.
Однако, на мой взгляд, никакие аргументы в пользу подобного насилия, достаточными не были. Потому что насилие нельзя ничем оправдать. У таких невест просто никогда не было права голоса, лорд, который желал леди с другой направленностью магии имел более высокое положение в обществе и такую леди, попросту продавала семья.
И пусть я с детства знал, что сам являюсь ценным товаром на брачном рынке, меня всегда куда больше возмущало именно положение леди, чем свое.
Я — мужчина, продолжатель рода и права на недовольство своей участи не имею. Потому что от меня в будущем будет зависеть весь род, а не только моя жизнь.
— А требование к наследникам великих родов обязательно жениться на таких девушках, видимо, вытекало из того, что они отказывались от таких невест, желая заключить более выгодный брак, что в свою очередь, вероятно приводило к каким-то не самым хорошим последствиям?
— Мы можем только предполагать, — кивнул дядя.
— Но, вероятно, все именно так и есть.
— И в Совете приняли точку зрения отца? — не заметил, как затаил дыхание, ожидая ответа.
— Вынужденно прислушались, учитывая происходящее в мире, утраченное доверие ко многим из великих родов, а также насильной смене рейтинга…
— Дядя, но ты должен понимать, что подобная версия — не имеет достаточных оснований? — Что ж несложно догадаться, что отцу все же отказали.
Всего лишь прислушались… — Куда вероятнее вмешательство шестикрылого, что опять же доказано наличием измененных кристаллов мониара. Никому из нас не под силу вмешаться в структуру кристалла.
— Все так, Лейн. Вот только высшую эволюцию неподходящие кандидатуры не проходят.
