— А ты уже розы новые высадил, взамен тех, что подарок Лайтвуда съел? Или ждешь, пока матушка заметит, что от ее любимой клумбы три ростка осталось?
— Так нету на рынке красных, — пригорюнился Ренфилд. — Только белые. А за белые она меня самого съест.
— Покрась? — предложила я.
Ренфилд задумался, а я подошла к воротам, пряча улыбку.
За крашеные розы матушка его тоже по головке не погладит — потому что нечего держать ее за дурочку.
Кажется, стража нашей далекой родственницы на этом и попалась. Головы на плечах не сносили в итоге или что-то вроде того.
Хотя там какая-то светлая вмешалась и все испортила. Никакого житья от них!
Как назло, обычная прогулка по городу не радовала. Пугались меня, заглядывающей в окна, как-то неискренне.
А может, мне только так казалось?
Лайтвуд! Это все из-за тебя!
Я вспомнила тяжелый взгляд синих глаз, мрачную ухмылку, светлые волосы, падающие на лицо, когда он наклонял голову, широкие плечи, теплые немного шершавые руки… О чем я?
Ах, да.
Я не пойду за тебя замуж, Лайтвуд!
Замерев, я топнула ногой.
Белая ткань широкой и длинной ночной сорочки качнулась, почти прозрачная в ярком лунном свете.
“Вы бы прикрылись, мисс Медея. За светлого же замуж собрались”.
Я замерла.
Ренфилд! Ты ж мой… приду домой — поцелую!
Оглядев пустынную улицу, я решительно свернула в узкий переулок, направляясь в ту часть города, где жили светлые. Шлейф ночной сорочки тянулся за мной с тихим, но отчетливо слышным в тишине шорохом. Стоило пройти пару десятков шагов, как навстречу выскочил какой-то мужчина с блестящим в свете луны ножом.
Лица я не видела, но поворот был интересный.
Хм…
— Уважаемый, — сладко позвала я. — А вы убивать или грабить? А может... что-то поинтереснее? Обозначьте намерения? Ну куда же вы, уважаемый…
Эх.
Ладно, все равно не было настроения развлекаться.
У меня есть дело этой ночью.
Если Лайтвуд не хочет убежать от меня добровольно — я его заставлю.
Светлые высоко ценили целомудрие. Темные моралью в целом обременены не были, конечно.
Несмотря на это, об этой стороне жизни я никогда не думала. Не то чтобы берегла себя для брака (это было бы слишком по-светлому), но... мне казалось, этот момент должен быть особенным. С человеком, который не оставит мне выбора. Это было бы романтично.
Что ж...
Я соблазню Лайтвуда до свадьбы. Сделаю вид, вернее. И ничего больше! Но идти до конца и не понадобится, даже поцелуев не будет.
Лайтвуд во мне разочаруется, как только разгадает мои намерения.
