"
"Злость, которая последнее время заставляла меня бегать по особняку, кричать, угрожать и бить все хрупкие вещи, утихла, уступив место тлеющим внутри углям застарелой ярости и спокойному рассудку.
Сбежать было самым очевидным вариантом, но делать этого я не собиралась. Я темная ведьма, сбежать для меня означает предать себя. От меня должны бежать. К тому же — это мой дом, и покидать его я не собиралась.
Да и это кольцо… Я опять попыталась его снять — и снова бестолку. Благодаря ему Лайтвуд найдет меня за пару секунд, куда бы я ни сбежала, — кольцо ведь непростое, это родовой помолвочный артефакт Лайтвудов.
Защитный, да.
Чтобы невеста точно никуда не делась. Большие затейники эти светлые, если так посмотреть.
А отрубить себе руку… Белз прав, я слишком сильно себя любила для такого. К тому же, никаких гарантий того, что это сработает, у меня не было: все-таки, имея дело с магическими вещицами, нужно быть готовой к любым неожиданностям.
Из вариантов, которые я пока не попробовала, оставался только призыв демонов.
От одной мысли об этом по спине бежал холодок.
По сути это было заклинание, похожее на подклад, который я делала под дверями Лайтвуда.
Но сильнее.
Намного.
Во сто крат.
Если я его произнесу, на свет вылезут твари, которых не видел свет.
Это опасно.
Даже Проклятый не смог бы предугадать, чем все закончится. Даже мой отец не сможет обратить его вспять, пока заклинание не достигнет своей цели: не уничтожит Лайтвуда и не сорвет свадьбу.
Произносить его…
Я была темной ведьмой, от деревенской ведуньи-самоучки меня отличало то, что я отлично знала: не стоит иметь дело с силами, которые не можешь подчинить.
Но других способов избежать свадьбы я не видела.
Может, если продумать плетение заклинания таким образом, чтобы замкнуть его исключительно на Лайтвуда и создать несколько кругов защиты, хм… хм… Может получиться.
Но никаких гарантий того, что это закончится благополучно для меня, — да ладно для меня, для столицы! — не было.
А ведь рядом будет Бенджамин... Вдруг он пострадает? А какое мне дело до сына Лайтвуда?
“Медея влюбила-а-ась…”
И вовсе нет!
Заснула я тот день поздно, методично переколотив в доме все вазы.
Утром в день свадьбы проснулась я от грохота и звона. Вскочила, готовясь к драке.
— Прошу прощения, я опоздал, — заявил Лайтвуд, отряхивая осколки стекла со своего ослепительно белого пиджака.
Снова влез в окно.
Еще и на рассвете.
— Ничего, я все равно не собиралась никуда идти.
Лайтвуд посмотрел на меня исподлобья.
