– Рыба твоя Лерка, – буркнула я.
– Кстати, о ней. Ты какого наговорила ей всякой херни?
Я молчала.
– Что молчишь, м?
– Пошутила, – едко сказала, но улыбнулась приторно мило. – Сегодня разве не день дурака? – вдобавок еще невинно хлопнула длинными ресницами.
– Стерва-самоучка, значит?"
"Я только плечом дернула, решив, что благоразумно будет промолчать. За словом я никогда в карман не лезла, но слишком велико напряженно в сумраке салона. Бретелька сарафана неожиданно соскользнула, открывая обзор на аппетитную, видневшуюся в декольте грудь, а мой летний наряд отчего-то именно сейчас показался слишком коротким, слишком провокационным.
– Сейчас ты позвонишь Лере, – Дэн смотрел тяжело и опасно, но держался в рамках закона. Он достал телефон и протянул мне, – расскажешь правду и извинишься. Ок?
– Никому я не буду звонить, – наотрез отказалась. – И извиняться не буду, – демонстративно отвернулась к окну.
– Значит, ты все еще плохая девочка? – с угрожающей мягкостью поинтересовался Казанцев.
Я вздрогнула от двоякости как тона, так и значения вопроса, и медленно повернулась.
Взгляд Дэна лениво скользил по моим ногам, особо задерживаясь на бедрах, затем неспешно поднялся к груди. Тонкие губы дрогнули в улыбке, а в глазах хищный блеск.
До лица взгляд Казанцева так ни разу и не дошел.
– Может быть, – шепнула пересохшими губами, хотя хотела сказать совсем другое. Что именно? Не знаю. Возможно, что совсем не плохая, а самая что ни на есть обычная. Но… Дэн ведь мне нравится. Взрослым парням нужно это.
Да и я давно не маленькая. Уже совершеннолетняя.
Казанцев зажал рычаг под сиденьем и отодвинулся до упора, затем резко подхватил меня под ягодицы, усаживая себе на колени. Агрессивно огладил бедра, ныряя крупными ладонями под юбку, и шепнул:
– Ты этого хотела?
Да, наверное. Я ведь мечтала, что окажусь с ним вот так: вдвоем, в теплой тишине, интимной темноте… Дэн с ума сводил. Я и сама не понимала, как умудрилась запасть на парня, которого и видела-то, считай, издалека только. Который не смотрел в мою сторону.
А сейчас глаз не отводит. Они у него потрясающие, зелено-голубые – я таких никогда не видела. А взгляд какой… Сердце сладко заныло. Сейчас Дэну нравилось, что я наврала Лерке. И что плохая девочка тоже нравилось.
Я сама поддалась ему навстречу: взяла в руки красивое лицо, уколовшись о легкую щетину, и робко поцеловала. Его губы были мягкими и пахли мятной жвачкой. Аромат сладких цитрусов вскружил голову, прошибая запреты первыми страстными импульсами.
