Лейвир поставил поднос и разложил еду: сочные фрукты, сладкие ягоды, кусочки нежного мяса, пропитанные пряным соусом. Я немного смущалась своей наготы, но парни вели себя так естественно, будто это было самым обычным делом. Их уверенность передалась и мне — вскоре я уже смеялась над их перебранками, забыв о стеснении.
Озеро подсвечивалось мягким голубым сиянием лиафрита, и в темноте ночи под светом луны и лиафрита было достаточно светло, чтобы видеть их лица — тёплые, живые, с горящими от желания глазами.
В какой-то момент я неловко потянулась за фруктом и пролила сок на грудь. Рассмеявшись, я хотела стереть его сама, но Дейвин тут же оказался надо мной.
— Не торопись, — прошептал он, и его язык скользнул по моей коже, подхватывая сладкие капли.
Его губы были горячими, а дыхание — прерывистым. Я замерла, чувствуя, как желание снова накатывает волной, ещё сильнее, чем прежде. Лейвир подошёл сзади, его пальцы запутались в моих волосах, откидывая их в сторону, а губы коснулись шеи — сначала нежно, затем с лёгким укусом, от которого по спине пробежали мурашки.
— Ты вся дрожишь, — прошептал он, и его рука скользнула вниз, между моих бёдер, легко касаясь уже влажных складок.
Я застонала, выгибаясь навстречу его пальцам.
— Я хочу вас обоих, — вырвалось у меня шёпотом, будто признание.
Дейвин приподнял голову, его янтарные глаза сверкнули в полумраке.
— С нами нет мази, — предупредил он, но голос звучал хрипло, выдавая его собственное возбуждение.
— Всё нормально, — я обхватила его шею, притягивая ближе.
— Я безумно хочу вас.
Они переглянулись — и в их взглядах читалось согласие.
— Мы будем аккуратны, — пообещал Дейвин, целуя мою ладонь.
Лейвир мягко приподнял меня, помогая встать на колени. Его пальцы не покидали меня, скользя по чувствительной коже. Они поднялись выше, размазывая мои же соки. Готовя меня. Я зажмурилась, когда он осторожно ввёл в заднюю дырочку один палец, затем второй — медленно, давая привыкнуть к растяжению.
— Расслабься, — его губы коснулись моего плеча, а голос звучал как тёплый шёпот прибоя.
Я кивнула, стараясь дышать глубже. Боль не приходила — только сладкое давление, нарастающее с каждым движением его пальцев. Я была безумно возбуждена, чувствительность зашкаливала, будто каждый нерв на моей коже ожил.
— Готова? — спросил Лейвир, и в его голосе я услышала лёгкую дрожь.
— Да, — прошептала я.
Он вошёл медленно, давая мне почувствовать каждый сантиметр.
